Глава 9. Сон на выживание.
Ну что, сон начался быстро. Пол из тараканов, тараканий дождь. Тараканы начали кусать меня за голову.
Я же решительно встал с кровати и очень быстро пошёл на кухню:
— Ну что, Егорка, поговорил с Верой Степановной? Рассказала тебе корга о сделке своей? Хочешь заключить свою?
— Да готов я, давай уже, протягивый свою лохматую лапку, пока твои холопы мне руку не откусили.
— Да я мог бы им сказать, чтоб не купались. Хочешь?
— Не, давай сначала договор. Тяни лапку к моей руке.
Рука сомкнулась с лапой монстра. Странное ощущение. Сухая такая лапа, с ворсинками на месте где должен быть локоть. И лицо у не страшное. С клыками торчащими.
— Всё ребят, не кушайте его. Это наш человек. Обещай Егорка, что не будешь над нами опыты ставить.
— Я че, на учёного похож? Я экономистом фиг знает каким стану, а ты мне про опыты говоришь. Ближе к делу, усатый.
— Рад, что ты торопишься, ведь твой сон заканчивается. Скажем так. Ты на вечно останешься жить в этом городе. Вера Степановна перепишите на тебя все имущество, включая эти две квартиры. А значит, Егорка, когда я её съем, ты станешь сдавать эту квартиру в аренду, приглашая сюда все новых и новых жертв, пока не найдёшь себе замену. Замену достойную, такую же как ты. Вера добрая женщина, но она со мной по сделке уже 120 лет, её душе нужен покой. А живёт она уже 144 года. Старая, но хорошая, и ты таким будь. А я буду оберегать тебя. Взамен, тараканы не будут трогать тебя в той квартире и тут в комнатах, если кто-то из них заползет, можешь спокойно убить. Ведь они нарушители договора. И ещё, семью завести ты сможешь, да и жизнь ты нормально сможешь, только о мне никому не говори, ни семье, ни постояльцам нашего бизнеса. Только тому, которому ты сможешь передать это дело.
Таракан закончил. Я заключил с ним контракт. Сказал, что больше не буду их травить. И попросил ещё сверху миллион долларов, но тут получил хрен с маслом.
Ладно, за 150 лет жизни довольно хорошая сделка, меня не трогают, и я их не трогаю. Живу, а когда старушка умрёт, сверху упадут две квартиры и деньги, что скопила стстарушкасемььи у неё не было, так что делить всю эту территорию не с кем.
Так и закончился мой обкуренный сон. С тараканами, что перестали меня есть, и Царём, с тем, кто дал мне почти вечную жизнь.
Глава 10. Конец.
Старушка умерла.
От Веры Степановны остался договор с Царём. И две квартиры с 9 миллионами. Вот это старушка скопила. Я скоплю больше, это точно.
Положил эти деньги в банк, под проценты, пУсть крутятся. Сам же открыл свой счёт, чтобой откладывать туда свое. Прописался в квартире у бывшей владелецы и закончил свое обучение на экономиста. Работать по специальности конечно же не буду, нафиг оно надо.
Мать же, спилась и оставила квартиру в моём Зажопинске. Я сгонял туда и благополучно продал за каких то 2 миллиона с копейками. Там это очень выгодная цена и чуть чуть приниженная. По хорошему надо было за три сдавать, но решил, что от квартиры надо срочно избавиться.
Приехал обратно, поиграл с Царём в карты во сне и начал сдавать квартиру студентам.
Ещё ни одного достойного не нашлось. Царь хвалил меня за вкусные ужины.
Я наблюдал. Старел. Обзавёлся семьёй, что теперь на накопленные деньги живёт в доме по соседству. Своя дача, куда мотался по выходным, огород, привозил оттуда клубнику Царю. Ведь он стал моим лучшим другом, что не бросит меня.
Работал в той самой кофешке, с которой начинал. Стал там главой да и оставил её на самостоятельной основе. Переоткрыл там кофешку не просто с живой музыкой, а ещё свое вставил. Я же хотел живое кофе, с зверинцем? Я его получил. Люди приходят либо со своими питомцами и кормят из блюдами высшего качества, либо заходят в специальные комнаты с животными. Кошачий уголки, собачие уголки. Могут забрать, но только в хорошие руки отдаю, могут пожертвовать на еду и новые домики и игрушки. Всех таких зверей отлавливаем на улице. Внушает доверие, вылечиваем и отдаём людям. Добрым людям. Если животное, что потерялась второй раз, находим мы, то подаём в суд за плохое обращение с животными. Благо, новые законы позволяют.
Царь даже побывал в этой кофешке и сказал, что очень хотел бы завести себе пушистого друга, только боится, что такой друг ему весь народ сожрёт. Я же заверил ему, что найду специально спокойного кота.