Я делаю попытку остановиться, да тщетно - неудержимая сила затягивает меня в воронку небытия и я уже лечу по мрачному коридору, из стен которых рвутся гуттаперчевые, искаженные морды вурдалаков со знакомыми мне чертами... И понимаю, когда-то это были люди, которых я встречал в земной жизни - по какой-то причине (не за грехи ли?) они задержались в этом странном туннели, где на тронной инвалидной коляске восседала богомерзкая старушка, являющейся привратницей у входа... Куда?.. В рай? В преисподнюю?..
- Молодой человек, волшебное слово! - визжала она и, казалось, от такого надсада её перезревшие глазные яблоки рванут, как Ф-1. - Волшебное слово, мать твою так! Волшебное слово!..
Дикий и ликующий ор вурдалаков усиливался, возникало впечатление, что меня прокручивает в бобине бетономешалки... Еще немного, почувствовал, и моя живая душа влепится навечно в стену туннеля Обреченных...
- Не знаешь волшебного слова, поганец, ха-ха! - хохотала старуха, готовя клюку, чтобы ею испепелить мою душу в ничто... В прах и тлен...
- Ю! - закричал в исступлении и по Божьему наитию.
Ю - и мир изменился . Я увидел, как конвульсии ненависти и лютой злобы разрывают мерзкую базедовую старуху в прах и тлен, как впереди светлеет даль и как наступает благостная тишина...
Потом я (или моя душа?) выскользнула из туннельного выхода и поплыла в беспредельном просторе, окрашенном мягкой лазурью. Я находился в состоянии неземного покоя; так себя чувствует облако на летнем и теплом небе.
Не знаю, сколько по времени я находился в таком подвешенном, в буквальном смысле слова, состоянии. Было такое ощущение, что Высший разум рассматривает меня, точно естественник бациллу в пробирке.
Наконец было дано Высочайшее добро - и меня медленно стало относить к темнеющей кромке. Мама родная! Я уже здесь был. Увидел морской мелководный берег - по нему пританцовывал старичок в домотканой рубахе, напевающий песенку о раскудрявом парне... И этот старик был чрезвычайно похож на красного кавалерийского рубаку Алексея Иванова, моего деда, именем которого меня, собственно, и назвали.
Я хотел крикнуть, мол, вот и я, дедуля, пожаловал личной персоной, однако старичок хихикнул и бодреньким шажком засеменил по воде, аки по суше, исчезая в пронзительной морской синеве.
Я пожал плечами с удивлением обнаруживая, что облечен в летнюю десантную форму 104-ой, родной дивизии ВДВ. Осмотрелся - песчаный берег, дюны, степные колючки, встречающие только на юге. Странно, но это местечко мне тоже знакомо. Там дальше петляющая тропинка, ведущая в поселок рыбаков, где, помнится, мы отдыхали весь летний сезон. Мы - это мама, я и Ю.
Было тепло, хотя солнце не наблюдалось; я снял китель и в тельняшке побрел вдоль берега. Шел долго - тропинка не встречалась. Впереди в полуденном мареве сияла странная горная гряда. Она была слишком далеко и я не мог понять, что там такое? Устал и решил сделать привал. Куда спешить? Если я прибился в другой мир, то, думаю, здесь можно и не торопиться.
Присел над бегущей волной. Плеснул солоноватой водой на лицо - море было необыкновенно чистым, как слеза. Волею случая я угадал в незнакомый мир, который вместе с тем был и знаком... Странно?.. Рай мне представлялся чуть воздушнее, что ли?..
Неожиданно я почувствовал чужое присутствие. Оглянулся и узнал девочку в линялом платьице... Однажды у нас была встреча. В далеком нашем детстве. Тогда она сожрала мою черешню. У девочки было умытое лицо, окаймленное неестественным свечением.
- Привет, - без выражения проговорила она. - Ты кто? Солдат?
- Солдат.
- А это кто? - потянула за рукав китель. - Что за зверюшка?
- Это тарантул, - понял вопрос.
- Ааа, знаю. Они себя могут ужалить...
- ... в минуту опасности.
- А ты куда? - спросила. - В город Бессмертных?
- Город Бессмертных? - искренне удивился я.
- Там, - отмахнула рукой в сторону сияющей гряды. - Там много солдатов...
- Солдат, - поправил. - А ещё кто?
- Не знаю, - передернула плечом, - всех много...
- И ты в этом городе?
- Не... Мне нельзя...
- Почему?
- Я братика... маленького... Борю, - вздохнула. - Он плакал, кричал... Я подушечку на него... И Боря больше не кричал, и не плакал...
- Да, - проговорил я. - Бывает.
- Ага, - напялила мой китель. - Здорово?
- Нормально.
- Ой, а что это? - выудила из кармана зажигалку.
- Это детям нельзя, - сказал я. - Да, и подарок друга...
- А такой тарелочки нет? - сделала круговое движение рукой.
- Тарелочки?
- Ну, не тарелочка... - Попыталась объяснить. - Такая плоская-плоская, круглая и легкая, как перышко, её бросаешь - и она летит, летит... Красиво так...
- Летит?
- Ага... мы с Ю играли... Тарелочка это ее...
- Ю? - поднимался на ноги.
- И никому не отдает тарелочку... Насовсем... Играть, пожалуйста... А вот...
- Ю?! - и сделал шаг к сияющей гряде Города. - Ю!!! - и побежал по берегу моря; бежал и видел, как сквозь радужное качающееся марево прорастает прекрасный и незнакомый город со средневековыми сторожевыми башнями, крепостью, бойницами, домами с черепичными крышами, под которыми жили те, кого я знал и любил... Я бежал к городу, где не было боли, ненависти и смерти... где была любовь... и лишь ослепительный свет... свет, выжигающий глаза...
Вспышка света - и... ба, знакомые все лица естествоиспытателей, гомон их деловых голосов, комната, напичканная аппаратурой и я... в качестве подопытного кролика.
- Как самочувствие, космонавт? - спрашивают меня, освобождая от пут.
- Нормальное, - потираю шею. - А куда я летал-то?
- Туда, - отвечают.
- Куда "туда"?
- Это не к нам... - смеются. - Это выше... - и показывают на потолок.
- К Господу, что ли?
- Ближе, малыш, ближе...
Наконец меня под бледны руки вытащили из кресла. Комната качнулась, как прогулочная палуба злополучного лайнера "Титаник", напоровшего на притопленный айсберг.
Ничего себе прогулки в неведомое!.. И куда меня носило?.. Ничего не помнил - лишь осталось ощущение полета в огромном и беспредельном пространстве...
Потом с меня содрали костюмчик астронавта, как шкуру со скотины, и я переоделся в свое и родное. Как прекрасны заляпанные армейские башмаки с рантом и на кожаной рифленой подошве, жеваные свитерок и джинсы, куртенка... Ни на что больше их не променяю!.. К черту все эти полеты во сне и наяву!..