– Торин! Скорее!
Король гномов подбежал, сдвинул в сторону каменную крышку, закрывавшую скважину и, вставив ключ, повернул его. Раздался тихий щелчок, и на поверхности скалы бесшумно образовались три линии, очерчивающие дверь. Гномы поднажали, и каменная дверь открылась, выпустив наружу клубящийся столб пыли. Проход в гору был открыт.
Гномы и хоббит зажгли факелы и осторожно прошли внутрь. Торин предусмотрительно закрепил дверь, вставив в зазоры несколько камней.
Друзья оказались в просторной пещере.
– Эребор… – Голос Торина дрогнул, но гном взял себя в руки.
– Здесь нам всем хватит места, – шепнул Балин. – Можно переносить лагерь полностью.
Торин кивнул, оглядывая стены и потолок. В конце пещеры гномы заметили тоннель, уводящий куда-то вглубь горы.
– Ну, что ж, господин взломщик, – Торин повернулся к Бильбо, – вот и настал тот миг, ради которого ты шел с нами.
– То есть ты хочешь сказать, что мне сейчас же нужно пойти к дракону? – мрачно осведомился хоббит.
– Взлом по твоей части. И у тебя есть кольцо.
– Компанию никто не хочет составить? – без особой надежды поинтересовался Бильбо. Фили и Кили смущенно переглянулись. На лицах гномов читалось явное нежелание лезть к дракону.
«Ну, этого следовало ожидать. Жаль, Кристэль еще слишком слаба. Она о драконах много знает. И у нее клинок»
Торин сжал плечо хоббита:
– Бильбо, мы так договаривались с самого начала. К тому же у тебя есть возможность стать невидимым. У нас ее нет. Тебе нет нужды ни убивать Смауга, ни беседовать с ним. Просто выясни, жив он или нет. И где он сейчас.
– Хорошо, – вздохнул хоббит.
– Я пройдусь с тобой немного, – вызвался Балин. – Не годится идти совсем одному. К дракону не сунусь, но подожду в коридоре.
Бильбо кивнул. Вместе с Балином они пошли по тоннелю. Некоторое время спустя старый гном остановился, пожелал полурослику удачи и остался ждать его. Бильбо надел кольцо и, крадучись, отправился дальше один. Коридор был гладкий, ровный, пол плавно понижался, так что идти по нему было удобно.
Хоббит шел довольно долгое время, и вот до него стал долетать приглушенный звук, похожий на мурлыканье гигантского кота, а впереди появился красноватый свет. Бильбо даже показалось, что стало жарче. Правда, хоббит не понял, был ли это жар из пещеры, или у него самого вдруг повысилась температура.
На некоторое время полурослик застыл на месте. Больше всего на свете ему хотелось развернуться и броситься прочь.
«Ну же, Бильбо Бэггинс! Не трусь! Ты уже так много прошел, что бояться просто стыдно! Нужно разузнать о драконе побольше! Кто еще в Шире сможет похвастать тем, что видел легендарного Смауга?»
Так он увещевал и подбадривал себя некоторое время, затем вздохнул и решительно направился вперед.
Коридор вывел его в пещеру, такую огромную, что разглядеть ее полностью не представлялось возможным – стены ее были невидимы в полумраке. И в этой пещере все было усыпано золотом и серебром – монетами, слитками, украшениями – и драгоценными камнями, в оправах и без них. На стенах висели доспехи и оружие удивительной работы. Местами виднелись огромные кувшины, полные монет. Воистину, размеры богатства были ошеломляющими. На эти деньги можно было купить все Средиземье, как подумалось хоббиту. И, хотя полурослик был спокоен во всем, что казалось золота и драгоценностей, сейчас он осторожно шагнул вниз и сел на сокровища, забыв обо всем на свете. Потребовались бы сотни и сотни рук и не один год работы, чтобы привести здесь все в порядок. В оцепенении хоббит рассматривал несметные богатства, зачарованный открывшейся картиной.
Очередной рокочущий звук долетел до него, и хоббит очнулся, завертел головой. Его глаза успели привыкнуть к полумраку, и на огромной золотой куче, возвышающейся неподалеку, Бильбо увидел красновато-золотую громаду. Собственно, это и был Смауг, спавший на золотой постели. Бильбо едва не вскрикнул – он и предположить не мог, насколько огромен дракон.
«Это как же бедная Кристэль должна будет справиться с ним?! Да будь она размером как три Беорна, у нее и то ничего не получилось бы!» – с ужасом подумал хоббит. В волнении он снял с шеи платок эльфийки и вытер им разом вспотевший лоб. Бильбо захотелось бежать без оглядки, но он не бросился прочь, а постарался хорошенько разглядеть дракона.
Смауг спал на боку, сложив крылья, поджав мощные лапы и свесив вниз толстый хвост. Правильнее было бы назвать дракона золотым с красноватым отливом, словно кто-то решил придать его чешуе легкий оттенок. Шея, живот и грудь дракона представляли собой сплошной панцирь из драгоценных камней – вполне вероятно, что они намертво вдавились в тело от долгого лежания на них. Впрочем, Бильбо кое-что показалось странным – словно в одном месте мерцание камней было куда слабее. Но рассмотреть получше у хоббита не вышло: дракон шевельнулся, выпустил огромные когти, и храп его зазвучал несколько иначе.