Глава 29
Забыв обо всем на свете, хоббит быстро подхватил камень и сунул его себе в мешок.
«Сделаю Торину сюрприз! Пусть сначала поищут, огорчатся, что не нашли, а я рраз! – и вытащу Аркенстон из мешка! Теперь-то я настоящий взломщик!»
Правда, при этом хоббита опять царапнуло чувство неуверенности в том, что он поступает правильно. Но Бильбо постарался прогнать это ощущение прочь.
Некоторое время спустя эльфийка и хоббит подошли к коридору:
– Можете выходить! Только быстро...
Один за другим, гномы спускались вниз, зажигали факелы и замирали, пораженные увиденными богатствами. Мирис и Ардис протирали глаза – бедняжки решили, что им это мерещится. Кристэль вдруг стало не по себе, словно рядом скользнула холодная враждебная тень, но не пропала, а затаилась где-то в сокровищнице, поселив в сердце девушки ощущение тревоги.
Забыв о драконе, гномы разбрелись по пещере, перебирали драгоценности, вспоминали, как и для кого они делались, где были найдены самоцветные камни.
– Бильбо, снимай-ка плащ, – весело проговорил Торин. – Вот тебе в счет твоей доли, дружище! – и протянул хоббиту кольчугу. – Это мифрил или эльфийское серебро. Против него бессильны даже когти дракона. Оно прочное, но при этом куда более легкое и гибкое, так что вес ты почти не почувствуешь.
Бильбо натянул кольчугу. Торин застегнул на нем пояс, отделанный горным хрусталем, Балин протянул хоббиту кожаный шлем, укрепленный изнутри стальными полосами и усыпанный по краю мелкими алмазами. Вид у Бильбо стал растерянно-залихватский. Хоббит даже пробормотал, что дома его подняли бы на смех, и тут же спросил, нет ли поблизости зеркала.
Мирис и Ардис стояли среди этого великолепия, держась за руки. Ни одна из девушек не сделала даже попытки поднять хоть одну монетку. Торин посмотрел на них, что-то негромко сказал Фили. Молодой гном улыбнулся, кивнул и через некоторое время принес Торину какие-то украшения.
Король-Под-Горой подошел к сестрам и протянул им по паре серег и по ожерелью:
– Это мой подарок вам за помощь.
Девушки смущенно поблагодарили его, взяли украшения, но не надели, а принялись разглядывать.
– Хьюрир, выбери себе любой доспех и оружие. Они сейчас будут весьма кстати.
Фили и Кили нашли арфы, сделанные из драгоценных сплавов, и под сводами пещеры раздались чистые красивые звуки.
Гномы один за другим переодевались в дорогие доспехи, меняли старое оружие на новое и преображались на глазах. Такой гвардии позавидовал бы любой король.
– Ищите Аркенстон, – велел Торин. – Это единственное, что я не отдам никому. И если узнаю, что кто-то утаил его, кара будет страшной!
При этих словах Кристэль обернулась и с тревогой посмотрела на Торина – так непривычно холодно и чуждо прозвучали его слова. И тут же забыла обо всем, заглядевшись на Короля-Под-Горой: в позолоченной кольчуге Торин выглядел так, что впору было преклонить перед ним колени. Гном перехватил взгляд девушки и неторопливо застегнул на себе новый широкий пояс, щедро украшенный драгоценными камнями и замысловатыми узорами.
– Кристэль, – голос Торина раскатился под сводами пещеры. – Подойди ко мне.
Девушка медленно подошла. Гномы столпились вокруг.
– Я обещал вознаградить тебя и сдержу слово. Скажи, что ты хочешь получить?
Лицо эльфийки было бледным и взволнованным:
– Я знаю, что мне нужно больше всего. Но не уверена, что вы это одобрите.
– Кристэль, – не слушая удивленного гула товарищей, проговорил Торин, – я даю тебе слово Короля, что выполню твою просьбу.
– Хорошо. Ты подарил мне три желания, Торин, и я хочу потратить первое. Я хочу, чтобы прежде, чем ты примешь какое-либо решение и предпримешь какие-либо действия, ты выслушал меня и моего отца.
Все недоуменно переглянулись. Бильбо сместился к коридорчику, готовый на что угодно, лишь бы задержать гномов.