– Объясни, при чем здесь твой отец? – удивился Дори.
– Только поторопись, – проговорил Балин. – Смауг может вернуться в любую минуту.
– Или ты уже придумала, как его убить?
– Нет, мой славный Двалин. – Девушка отошла от гномов, постояла, опустив голову, потом вновь повернулась к ним: – Я не буду убивать отца.
Повисла тишина. Затем Балин осторожно произнес:
– Девочка, с тобой все в порядке? Никто не просит, чтобы ты убивала отца. Мы говорим о драконе.
Кристэль оглядела тех, кого считала друзьями. Лицо Мирис было бледным и испуганным. Конечно, она же чуяла, когда врут, а когда – нет.
– Вы спрашивали меня об отце. И о моем проклятии, – негромко проговорила Кристэль, и гномы видели, с каким трудом давались ей эти слова. – Кроме проклятия Келегорма Неистового, меня подстерегает и проклятие драконов. Потому, что Смауг Золотой – мой отец.
– Она не врет! – прозвучал в звенящей тишине дрожащий голосок Мирис. Гномы переглянулись.
– Я никому не хочу причинить вреда! – с отчаянием проговорила девушка. – Я хочу, чтобы все были живы. И прошу просто выслушать нас.
– Дракон… удочерил тебя? – нахмурился Глоин.
– Нет. Моя мать, эльфийка, была его женой.
– Ты бредишь, Кристэль! – Нори схватился за голову, растрепав замысловатую прическу. – Эльфийка родила от дракона… эльфийку?!!
– Золотые и Серебряные драконы могут принимать облик людей и эльфов…
Гномы зашумели.
– Так ты все-таки преследовала свою цель! Ты предала нас! – зарычал Двалин, хватаясь за топор.
– Нет! – отчаянно закричал Бильбо. – Она не предавала! И Смауг обещал…
– Обещал?! – взвыл Глоин. – Так ты тоже все знал и нарочно заманил нас сюда?!
– Кто верит словам дракона?!
– Ты лишился разума, полурослик!
– Вы сговорились!
– Не троньте Бильбо! – крикнула девушка. – Я просила его помочь все уладить! Я хочу, чтобы восстановилась справедливость, и он поверил мне!
– Мы все верили тебе! А ты заманила нас в пасть к дракону! – Нори тоже взялся за оружие.
– Нет! Нет! – отчаянно закричала Ардис и бросилась к Кристэль. – Она никогда никому не причиняла вреда! Она защищала нас!
– А ну, вернись! – рявкнул на дочь Хьюрир.
– Нет! – Ардис вытерла слезы. – Я верю Кристэль! И вам придется убить меня вместе с ней!
– Я тоже верю. – Мирис подошла к сестре. – Хоть и боюсь...
– Прошу вас, доверьтесь мне! – взмолилась эльфийка.
– Довериться?! Да тебя убить мало! – Голос Двалина напоминал рев раненого буйвола.
– Тогда тебе придется скрестить оружие с нами, Двалин, – тихо сказал Фили. Оба брата переглянулись и встали, закрывая собой Кристэль.
– И со мной, – Бофур встал справа от Фили. Рядом с Кили, поколебавшись, встал Ори.
– Опомнитесь, парни! Она что, зачаровала вас?!
– Не надо, прошу вас! Я не хочу, чтобы вы пошли друг против друга! – с отчаянием крикнула девушка.
– Погодите, надо во всем разобраться! – подал голос Балин. – Включите мозги! Зачем ей надо было тащить нас сюда, если она могла просто исчезнуть, предупредить дракона и не подставляться самой?
– А если она и впрямь служит Неназываемому?! Ты знаешь, что она замыслила? Из Дол Гулдура не уходят просто так!
– Переговоры с драконом?! С тем, кто отнял у нас дом, разрушил Дейл, унес сотни жизней?!
– Хватит! – рявкнул Торин. Король-Под-Горой отодвинул в сторону Двалина. Под его ногами зазвенело золото. Кристэль стояла с опущенными руками, глядя вниз и даже не пытаясь достать оружие. По знаку дяди племянники нехотя расступились. Одна Ардис медлила, и Фили пришлось оттащить ее в сторону.
– Я не зря спрашивала, верите ли вы мне, – не поднимая глаз, проговорила девушка. Ее голос дрожал.
– Я не верю, – медленно, тяжело проговорил Торин. Гномы напряглись. Плечи девушки поникли, на золотые монеты капнули слезы. Король взял ее за подбородок и довольно резко поднял ей голову. Выражение его глаз показалось Кристэль ужасным, но она прямо смотрела в них, хотя от слез все вокруг расплывалось. Некоторое время Торин не спускал глаз с ее лица. Ему вспомнился весь путь, который Кристэль прошла с ними. Ее изначальная отстраненность, нежелание вступать в отряд, бой с камнеглазом, искусанные до крови губы в гоблинских пещерах. Так вот что почуял тогда Гэндальф! Она готова была обернуться драконицей, чтобы спасти их…
– Я не верю, что ты предала нас, – тихо, но твердо закончил он. Кристэль, уже готовая услышать все, что угодно, всхлипнула. – Но то, что ты затеяла, – безумие. И если мы сейчас погибнем, то все твои проклятия померкнут в сравнении с одним, которое обрушится на тебя.