С этими словами лекарь скрылся в шатре. Тауриэль немного постояла, размышляя над словами Инголиэна, вздохнула и последовала за ним.
А на следующее утро, едва забрезжил рассвет, большая часть эльфийского войска и почти все эсгаротские мужчины, способные держать оружие, направились к Одинокой горе. Послы Дейна с ними не пошли. О чем был разговор у главного посла с бургомистром и Бардом никто не знал. Известно лишь, что посол и бургомистр расстались весьма довольные друг другом, чего нельзя было сказать о Барде. Посол вышел из его палатки в большой задумчивости, а Бард помрачнел еще больше и стал похож на грозовую тучу.
К вечеру одиннадцатого дня после гибели города войско достигло Одинокой Горы.
В Эреборе уже знали о приближении войска и готовились к встрече незваных гостей.
Ночь, когда над Эсгаротом пылало зарево, прошла неспокойно: на галерею за Кристэль прибежала перепуганная Ируфь. Лекаршу разбудили отчаянные крики дочерей Хьюрира. Ардис металась во сне и никак не могла проснуться. Мирис звала на помощь, понимая, что с сестрой творится что-то ужасное. Кристэль тут же бросилась вниз. Торин велел товарищам продолжать дежурить и побежал следом за эльфийкой. На шум выскочили все остальные гномы и бросились за ним.
Тело Ардис выгибалось и билось, словно в конвульсиях. Сквозь крик боли Кристэль услышала «нет!» и «не скажу!».
Одного взгляда эльфийке хватило, чтобы понять, что происходит с девушкой. Кристэль выхватила меч и выписала им над подругой замысловатый знак. Клинок сиял серебром так ярко, что след его не таял в воздухе. Более того, свет опустился вниз, окутал собой Ардис и словно растворился в ней. Затем Кристэль произнесла несколько фраз на эльфийском и вложила рукоять Керилуга в ладонь Ардис. На какое-то время гномка затихла, но не успела Кристэль перевести дух, как девушка задергалась снова.
– Что с ней?! – Торин и Фили подскочили к кровати, пытаясь удержать ее.
– Она в плену, – с отчаянием проговорила Кристэль. – А моих сил слишком мало.
– Разойдитесь, – раздался чей-то красивый выразительный голос. – Вы не поможете ей.
Кристэль, как и все, кто были в комнате, стремительно обернулась к дверям. Внутрь быстро вошел рослый, худощавый эльф в золотом доспехе. Передняя часть его кольчуги состояла из плотно подогнанных друг к другу драгоценных камней, образующих причудливый узор. Впрочем, в одном месте несколько камней выпало. Золотисто-рыжие, слегка вьющиеся волосы ниспадали ему на спину, доставая до пояса. Хотя по эльфийским меркам лицо его сложно было назвать красивым, но было в нем что-то, что не давало отвести взгляд. На него хотелось смотреть вновь и вновь. В широко расставленных серо-зеленых глазах мужчины светилась многовековая мудрость. А в лице угадывалось сходство с Кристэль.
– Отец, – прошептала девушка, оглядываясь на случай, если все же у кого-то из гномов возникнет соблазн причинить ему вред. Правда, защищать, скорее, потребовалось бы гномов.
– Лаурэгил! – разом выдохнули Балин и Торин, прекрасно помнившие описание эльфийской сущности дракона.
– Смауг?! – взвыли все остальные.
Дракон, не обращая ни на кого внимания, подошел к кровати девушки. Сияющий подобно солнцу меч повторил замысловатый узор. Затем Лаурэгил положил меч рядом с Ардис, а широкая ладонь эльфа накрыла ее лоб.
– Анн’наяшма нн’уаргил хэлема! Уятамм’аар этулайя! Иннамауэа оттамо Эру н’наирьямаа!
Кристэль подбежала с противоположной стороны и положила пальцы на грудь Ардис:
– Уллиэтэль терри! Хас’ста наринарьяр Эру тиулликааве!
Лаурэгил с удивлением взглянул на дочь. Тело гномки окутало золотисто-серебряное сияние. Замершие в изумлении гномы смотрели, как пляшет яркое пламя, не причиняя вреда девушке. Пламя вспыхнуло ярче, Ардис дернулась и открыла глаза. Огонь погас, и девушка с плачем прижалась к Лаурэгилу. Он погладил Ардис по волосам и что-то тихо прошептал. Ируфь принесла ей успокоительного настоя.
– Что с моей дочерью?! – Хьюрир схватил эльфа за руку.
– Ее дар имеет и обратную сторону, – отозвался перевоплощенный дракон. – Он стихиен, ее не учили управлять им. И Саурон выследил ее.
– Значит, моя девочка в опасности? Ей теперь нельзя спать?
– Благодаря милости Эру мы разрушили его магию. Он попробует заполучить разум Ардис снова, но я позабочусь о том, чтобы этого не случилось. А ты удивила меня. – Лаурэгил повернулся к эльфийке. – Откуда ты знаешь древнее наречие драконов?