В ста пятидесяти футах под собой я видел фигуры Мула-Ал-Ка и Мула-Ба-Та.
Неожиданно одна перекладина, кажется, четвертая, оборвалась, концы ее оторвались от потолка, я отчаянно потянулся к следующей и едва успел схватиться за нее. Несколько мгновений, вспотев, я висел в воздухе. Рот у меня наполнился углем, и я понял, что, должно быть, прокусил факел.
Перекладина, на которой я висел, начала отходить от потолка.
Я пошевельнулся, и она отошла еще на дюйм.
Я боялся, что, если подтянусь, она совсем вырвется.
Я висел, а она продолжала отходить, по частичке дюйма за раз.
Я чуть продвинулся вперед, перекладина почти совсем выскочила из потолка, но я уже схватился за следующую. И услышал, как упала та, за которую я только что держался.
Посмотрев вниз, я снова увидел Мула-Ал-Ка и Мула-Ба-Та. Они смотрели вверх. На их лицах был страх за меня. У их ног лежали две упавшие перекладины.
Та, на которой я сейчас висел, казалась относительно прочной, я осторожно подтянулся и ступил на следующую.
Через несколько мгновений я был рядом с Миском.
Достал из рта факел и выплюнул частички угля. Поднял факел и посмотрел на Миска.
Он висел вниз головой, освещенный голубым светом факела, и серьезно смотрел на меня.
– Приветствую тебя, Тарл Кабот.
– Приветствую, - ответил я.
– Ты очень шумишь.
– Да.
– Сарму следовало проверить эти перекладины.
– Вероятно.
– Но трудно все предусмотреть, - сказал Миск.
– Да.
– Что ж, - сказал Миск, - я думаю, тебе пора приниматься за дело и убить меня.
– Не знаю, с чего начать, - ответил я.
– Да, - согласился Миск, - это трудно, но, я думаю, если проявить настойчивость, то можно.
– Есть ли какой-то центральный орган, который я могу повредить? - спросил я. - Например, сердце?
– Ничего такого, - ответил Миск. - В нижней части живота есть орган, который передвигает жидкости по телу, но поскольку наши ткани буквально погружены в жидкость, повреждение этого органа скажется не сразу, по крайней мере только через несколько анов. С другой стороны, - добавил Миск, - время у тебя есть.
– Да, - согласился я.
– Я рекомендую, - сказал Миск, - мозговые центры.
– Значит, быстро убить царя-жреца нельзя?
– Не с твоим оружием. Но ты можешь, конечно, затратив время, перерезать корпус или отрезать голову.
– А я надеялся, что есть способ быстро убить царя-жреца.
– Прости, - сказал Миск.
– Ну, наверно, ничего не поделаешь.
– Да, - согласился Миск. И добавил: - В данных обстоятельствах я бы хотел, чтобы такой способ существовал.
Я увидел какое-то приспособление, металлический прут с выступом на конце. Прут свисал с крюка на таком расстоянии, что Миск не мог до него дотянуться.
– Что это такое?
– Ключ от моей цепи.
– Хорошо, - сказал я, перебрался через несколько перекладин, чтобы снять ключ, потом вернулся к Миску. После некоторых затруднений я умудрился всунуть ключ в замок на металлической ленте, опоясывавшей Миска.
– Откровенно говоря, - сказал Миск, - я бы рекомендовал сначала убить меня, а потом уже убирать тело. Я могу испытать искушение защищаться.
Я повернул ключ и открыл замок.
– Но я пришел не для того, чтобы убить тебя, - сказал я.
– Разве не Сарм тебя послал?
– Сарм.
– Почему же ты меня не убиваешь?
– Не хочу, - сказал я. - К тому же между нами роевая правда.
– Это верно, - согласился Миск, передней конечностью снял с себя кольцо, оно повисло на цепи. - С другой стороны, теперь Сарм тебя убьет.
– Я думаю, он бы меня и так убил, - сказал я.
Миск, казалось, ненадолго задумался.
– Да, - сказал он. - Несомненно. - Потом он посмотрел на Мула-Ал-Ка и Мула-Ба-Та. - От них Сарм тоже избавится.
– Он приказал им явиться в помещения для разделки, - ответил я, добавив: - Но они решили этого не делать.
– Замечательно, - сказал Миск.
– Просто они люди, - ответил я.
– Что ж, это их право.
– Да, я так думаю.
Почти нежно Миск подхватил меня одной передней конечностью и снял с перекладины. Я оказался прижат к его груди.
– Так будет гораздо безопаснее, - сказал он и, по-моему, без всякой необходимости добавил: - И гораздо тише. - И вот, прочно держа меня, он прошел по потолку и задом спустился по стене.
Мы с мулами и Миском стояли на каменном полу у выхода из помещения.
Я сунул факел в узкую металлическую подставку, состоящую из двух колец и пластинки под ними. Она была прикреплена к стене. Я заметил, что их несколько; они явно предназначались для факелов или аналогичных приспособлений.
Я повернулся к царю-жрецу.
– Ты должен где-нибудь спрятаться, - сказал я.
– Да, - подхватил Мул-Ал-Ка, - найди тайник и оставайся в нем, а потом, может быть, Сарм предастся радостям золотого жука, и ты сможешь безопасно выйти.
– Мы будем приносить тебе пищу и воду, - предложил Мул-Ба-Та.
– Вы очень добры, - ответил Миск, глядя на нас сверху вниз, - но, конечно, это невозможно.
Два мула в страхе отступили от него.
– Почему? - спросил я в замешательстве.
Миск гордо распрямился, в свои почти восемнадцать футов, только голову слегка отклонил от вертикали и уставился на нас антеннами. За последние несколько недель я привык к тому, что это означает мягкий выговор.
– Сейчас праздник Толы, - сказал он.
– Ну и что? - спросил я.
– Я должен дать гур Матери, - объяснил Миск.
– Тебя обнаружат и убьют, - сказал я. - Сарм, как только узнает, что ты жив, тут же тебя уничтожит.
– Естественно, - сказал Миск.
– Тогда почему ты не прячешься?
– Не будь глуп, - ответил Миск, - сейчас праздник Толы, и я должен дать Матери гур.
Я понял, что спорить не о чем, но решение Миска опечалило меня.
– Прости, - сказал я.
– Печально было бы, - заметил Миск, - если бы я не смог дать гур Матери, и эта мысль чрезвычайно расстраивала меня все эти дни, когда я держал гур. Но теперь благодаря тебе я смогу дать гур Матери и потому я у тебя в долгу, пока не буду убит Сармом или не предамся радостям золотого жука.
Он легко коснулся моих плеч антеннами, потом поднял антенны, а я поднял руки и коснулся ладонями концов его отростков. Мы снова, так сказать, соприкоснулись антеннами.
Затем Миск протянул антенны к мулам, но они отшатнулись.
– Нет, - сказал Мул-Ал-Ка, - мы всего лишь мулы.
– Пусть будет роевая правда между царем-жрецом и двумя мулами, - сказал Миск.
– Не может быть роевой правды между царем-жрецом и мулами, - ответил Мул-Ба-Та.
– Ну, тогда между царем-жрецом и двумя людьми, - сказал Миск.
Медленно, со страхом Мул-Ал-Ка и Мул-Ба-Та подняли руки, и Миск коснулся их ладоней антеннами.
– Я умру за тебя, - сказал Мул-Ал-Ка.
– И я, - подхватил Мул-Ба-Та.
– Нет, - ответил Миск, - вы должны спрятаться и постараться выжить.
Мулы посмотрели на меня, я кивнул:
– Да, спрячьтесь и учите остальных, что вы люди.
– А чему нам их учить? - спросил Мул-Ал-Ка.
– Быть людьми.
– А что значит быть людьми? - умоляюще спросил Мул-Ба-Та. - Ты нам так и не сказал.
– Это вы должны решить сами. Сами решите, что такое быть человеком.
– То же самое с царями-жрецами, - сказал Миск.
– Мы пойдем с тобой, Тарл Кабот, - сказал Мул-Ал-Ка, - и будем сражаться с золотым жуком.
– Что это значит? - спросил Миск.
– Девушка Вика из Трева в туннелях золотого жука, - объяснил я. - Я иду ее спасать.
– Ты опоздаешь, - ответил Миск, - потому что уже время откладывания яиц.
– А это что значит?
– Ты идешь? - спросил Миск.
– Да.
– Тогда сам увидишь.
Мы посмотрели друг на друга.
– Не ходи, Тарл Кабот, - сказал Миск. - Ты умрешь.
– Я должен идти.
– Понимаю, - сказал Миск. - Это все равно что давать гур Матери.
– Может быть, - ответил я. - Не знаю.
– Мы пойдем с тобой, - заявил Мул-Ал-Ка.
– Нет, вы должны идти к другим людям.
– Даже к тем, кто переносит гур? - спросил Мул-Ба-Та, вздрагивая при мысли о маленьких круглых телах, странных руках, ногах и глазах.
– Это мутанты, - объяснил Миск, - выращенные очень давно, чтобы обслуживать темные туннели; теперь их сохраняют для участия в ритуалах и по традиции.
– Да, - ответил я Мулу-Ба-Та, - даже к тем, кто переносит гур.
– Понимаю, - с улыбкой ответил Мул-Ба-Та.
– Вы должны идти повсюду, где в рое есть люди.
– Даже на плантации грибов и на пастбища? - спросил Мул-Ал-Ка.
– Да, всюду, где есть люди.
– Понимаю, - сказал Мул-Ал-Ка.
– Я тоже, - подхватил Мул-Ба-Та.
– Хорошо, - сказал я.
Пожав мне руки, двое повернулись и побежали к выходу.
Мы с Миском остались одни.
– Это приведет к неприятностям, - сказал Миск.
– Вероятно, - согласился я.
– И ты несешь за это ответственность.
– Отчасти. Но решать будут цари-жрецы и люди.
Я посмотрел на Миска.
– Глупо идти к Матери.
– Глупо идти в туннели золотого жука, - ответил он.
Я легко извлек меч из ножен. Он появился быстро, будто ларл оскалил клыки. В голубом свете факела я осмотрел лезвие и тонкий слой смазки, защищавший его. Попробовал уравновешенность и снова спрятал меч в ножны. Я был удовлетворен.
Мне нравится меч, такой простой и в то же время эффективный в сравнении с многочисленными возможными вариантами оружия. Преимущество короткого меча в том, что он извлекается из ножен на мгновение раньше, чем длинный. Другое преимущество - им можно действовать быстрее, чем длинным. Но главное, мне кажется, в том, что он позволяет горянскому воину сближаться с противником. Короткая дистанция вполне компенсируется быстротой и легкостью этого оружия по сравнению с длинным мечом. Если соперник, вооруженный длинным мечом, не заканчивает бой первым ударом, он обречен.
– Где туннели золотого жука? - спросил я.
– Спрашивай, - ответил Миск. - Они известны всем в рое.
– Золотого жука так же трудно убить, как царя-жреца?
– Не знаю, - ответил Миск. - Мы никогда не убивали золотых жуков и не изучали их.
– Почему?
– Просто это не делалось. К тому же убить золотого жука, - добавил Миск, внимательно глядя сверху вниз своими блестящими глазами, - большое преступление.
– Понятно.
Я повернулся, собираясь уходить, потом снова посмотрел на царя-жреца.
– А можешь ли ты, Миск, своими роговыми лезвиями убить царя-жреца?
Он, казалось, задумался.
– Этого не происходило более миллиона лет, - наконец ответил он.
Я поднял руку.
– Желаю тебе добра, - произнес я традиционное горянское приветствие.
Миск поднял одну переднюю конечность, роговое лезвие исчезло. Антенны его наклонились ко мне, золотые чувствительные волоски вытянулись.
– А я, Тарл Кабот, - ответил он, - желаю добра тебе.
И мы разошлись.