- Почему тогда Страат так забеспокоился, когда я нашел эту книгу?
- Страат всегда был таким, - усмехнулся Бихейм и пояснил, - я знаю его давно. Он сильный маг и сновидящий, но для него столкновение с хранителем - тревожный знак. Да и вообще он часто тревожится по поводу и без.
- Если он не делал ничего, нарушающего Равновесие, то чего ему бояться?
Бихейм не торопился с ответом. Он пил чай и думал. Карел нравился ему. Он был совершенно не похож на тех хранителей, с которыми Бихейм когда-то сталкивался. Они были холодными, расчетливыми и никогда не отступали от Кодекса хранителей. Они были наделены нечеловеческой интуицией и многие из них были начисто лишены эмоций. Карел показался ему другим. Интуиция в сочетании с сильными эмоциями, которые он старался скрывать, острый ум, дополненный наблюдательностью, делали Карела одним из лучших. "Другое дело, - подумал Бихейм, - что он ходит по краю. И может сорваться. Если он и правда такой, каким он мне кажется, то он может стать как лучшим хранителем, так и отступником. Думаю, что он достоин того, чтобы узнать правду".
Когда Бихейм завершил свой рассказ, наступил вечер.
- Вот такая грустная история, - сказал Бихейм.
- Да, невеселая, - вздохнул Карел.
История Бихейма о том, как создавался Орден хранителей поразила Карела. У него вновь возникли сомнения, но он отмахнулся от них. Он научился гнать прочь эти мысли. Но сейчас это получалось плохо.
- Может быть, чашку чая?
- Нет, спасибо. Я, пожалуй, пойду. Мне надо все хорошенько обдумать.
Бихейм внимательно посмотрел на Карела. "Похоже, молодой хранитель вновь начал сомневаться, - подумал Бихейм, - жаль, что я ничему не могу ему помочь. Он должен разобраться во всем сам".
- Заходи в любое время, Карел, я буду рад тебя видеть. Нам надо еще многое обсудить.
- Я зайду, обязательно.
Карел поднялся с кресла.
- До встречи, Бихейм.
Карел направился к выходу. Бихейм не торопился его провожать. Он не хотел мешать. Карел вышел на улицу и с наслаждением вдохнул прохладный вечерний воздух. Он шел медленно. Дорогу Карел запомнил хорошо, так что заблудиться он не боялся. Просто не хотелось сразу возвращаться в гостиницу. Наверняка Мануэла будет приставать с расспросами. А ему нужно было побыть в одиночестве, чтобы во всем разобраться. Карел шел к храму Баланса. Улицы опустели. Дверь храма была прикрыта, но не заперта. Карел прикоснулся к двери. Тишина. Никаких ощущений. Он открыл дверь и зашел. Тишина была осязаемой. Свечи горели, но в храме никого не было. Карел подошел к дальней стене и сел на холодную каменную скамью. В голове не было ни единой мысли. Он пытался себя заставить думать, но ничего не получалось. Странная тяжелая пустота.
Тьма.
Вдруг сознание наполнилось образами. Будто в одну секунду прорвалась невидимая пелена, скрывающая истину. Карела вновь захлестнули сомнения. Он и раньше чувствовал, что движется по краю. Но сейчас он все сильнее готов был покинуть Орден хранителей Баланса. Чудовищная в своей простоте и ясности история, рассказанная Бихеймом, окончательно лишила Карела уверенности в том, что его путь правильный. Карел как никогда раньше сомневался, что он прирожденный хранитель Баланса. Он чувствовал, что должен идти иным путем. И если его путь отличается от того, что требует от него Орден, то это еще вопрос, кто отступник. Он, или создатели Ордена, редактирующие чужие судьбы, прикрываясь благими целями. Постепенно хаос в душе и разуме сменился хрупким равновесием. Карел начал молиться. И когда он совершенно успокоился, то открыл глаза. Свечи почти догорали. Похоже, что он сидел в храме долго. Он встал и пошел к выходу.
На улице его встретила серая предрассветная дымка. Вот-вот должно было взойти солнце. Карел решил не торопиться. Ему не хотелось разбудить Мануэлу. Он думал, что понимал, ее чувства к нему, и боялся этого. Он не мог сейчас ответить на ее чувства. Она понравилась ему, но он не принадлежал себе, он не мог остаться с ней в Эльфере, или должен был стать отступником.
Как Карел не старался, он пришел к гостинице быстро. Он осторожно толкнул дверь, и она открылась. Холл был пуст. Дверь, ведущая в комнату Мануэлы, была приоткрыта. Возможно, что она уже не спала. Чтобы не беспокоить ее и избежать лишних расспросов, Карел осторожно прошел к лестнице и, стараясь не шуметь, поднялся к себе в комнату. Запер дверь. Снял сапоги, и после этого упал на постель, не раздеваясь. Он мгновенно провалился в тревожный сон, наполненный безумными образами.
Настойчивый стук в дверь разбудил Карела. Он сел на кровати и потер глаза. Шторы не были закрыты, яркий свет заливал комнату. Был полдень.
Карел встал, потянулся и пошел к двери. Стук повторился. Он отпер дверь и широко распахнул. На пороге стояла Мануэла. Ее лицо выражало беспокойство.
- Я никогда бы не решилась помешать тебе, хранитель, но для тебя пришло письмо из Авенарада. Я думаю, что это важно.
Она протянула Карелу небольшой конверт из плотной светло-коричневой бумаги. Карел взял конверт и сразу узнал почерк Рейнгольда.
- Спасибо, Мануэла. И я бы не отказался от чашечки горячего кофе.
Мануэла улыбнулась.
- Спускайся вниз, Карел. Я как раз приготовила кофе.
Она ушла. Карел повертел конверт в руках. Вскрывать его он не торопился. Он уже знал, что в письме. Приказ отправиться дальше. И, конечно, Рейнгольд даже написал куда именно и зачем. Карел знал, что порой хранители получают конкретные указания от главы Ордена. Но бывало это редко. Так что, он решил пока отложить письмо. Для начала он выпьет кофе, а все остальное - позже. В любом случае, прежде чем покинуть Эльфер, он должен еще раз встретиться с Бихеймом. Карел положил письмо в шкатулку, в которой до этого лежали кольцо и крест. Убрал шкатулку в дорожный мешок. Закрыл дверь и спустился вниз.
Запах кофе был восхитительным. Когда Карел вошел в кухню, Мануэла уже сидела за столом и пила кофе. На столе стоял кофейник, на темно-коричневой тарелке лежал хлеб, сыр и ветчина. Карел вдруг понял, что он ужасно голоден. Он не ел со вчерашнего дня. Он так был озадачен встречей с Бихеймом, его так потряс его рассказ, что о еде Карел забыл.
Он сел за стол. Мануэла взяла кофейник и налила Карелу кофе. Ее кружка была уже наполовину пуста. Она почти ничего не ела, и заботливо пододвинула к Карелу тарелки с сыром и ветчиной.
Мануэла ни о чем его не спрашивала. И Карел был благодарен ей за это. Ему не хотелось ничего рассказывать. Мануэла говорила о городских новостях и сплетнях, так будто Карел всегда жил в Эльфере. Она называла какие-то имена, пересказывала занятные истории. Пару раз она упомянула Бихейма, а Карел сделал вид, что персона городского мага и предсказателя его мало интересует. Чтобы как-то поддержать разговор, он начал расспрашивать Мануэлу об эльферских кружевах. Она заметно оживилась.
- Скажи, кто может сделать кружева на заказ?
- Знаешь, любая кружевница в Эльфере с радостью выполнит твой заказ, хранитель.
- Но, может быть, ты подскажешь к кому лучше обратиться? Мне нужны особые кружева
Карел постарался, чтобы его вопрос прозвучал как можно более естественно, но слово "особые" он выделил таким тоном, чтобы Мануэла точно поняла, о чем идет речь.
Мануэла задумалась. Карел пил кофе и молчал. Он чувствовал, что она прекрасно его поняла. И поэтому-то и не торопится с ответом.
- Зайди в мастерскую Данары, - посоветовала она, - Данара одна из лучших мастериц в Эльфере. Я сама покупаю кружева только у нее.
Карел улыбнулся. "Да уж, видел я эти кружева, - подумал он, - да, и как иначе, ты ведь ведунья, маг, ну, или кто ты там. Ладно. Сейчас твоя магическая жизнь меня не волнует. Пока не волнует. А там видно будет".
- И чем же ее кружева отличаются от других?
- Она знает это искусство лучше всех в городе. Данара владеет древними секретами кружевоплетения, которые знают лишь несколько человек. И главное, что она готова передать их достойнейшим, но образцы старинного кружева настолько сложны, что пока еще не нашлось учениц, способных овладеть древним искусством. Я и сама когда-то училась плести кружева. Только у меня почти ничего не получалось.