— Это Саша Коровина из четвертого "А", — сказала рыженькая белочка с острыми ушками и ускакала на задних лапках.
"Коровина? Причем тут Коровина?" — не поняла Янина Павловна.
Вокруг что-то происходило. Тамара Васильевна, с ожившим суровым лицом, отдавала распоряжения, ей кивала неулыбчивая дама, представитель депутата.
Галина Васильевна взяла фею за руку и громко объявила:
—Саша Коровина, ученица четвертого "А" класса.
Потом повела и поставила ее в ряд с конкурсантами. Хлопнула в ладоши, призывая к порядку, и только затем процедила сквозь зубы:
— Янина Павловна, придите же наконец в себя. Что с вами, голубушка?
***
Ей было страшно — невероятно страшно шагнуть в эту темную, бушующую реку, озаряемую вспышками света, будто молниями в грозовую ночь. Она долго собиралась с духом, пока кто-то не подтолкнул ее сзади и не прохрипел голосом Варвары Макаровны: "Ну, ступай, чего стоишь? Королева..."
Она пошла, не чувствуя ног. Вокруг мелькали огни, казалось, что с неба сплошным потоком льётся цветной дождь. Он царапал щеки, заливал глаза и не давал идти. Как было страшно и холодно! Словно в темном лесу во время бури скрипели и стонали деревья, трещали, ломаясь ветви, и со всех сторон тянулись к ней костлявыми лапами жуткие монстры.
Она остановилась, прижала руки к груди, чтобы удержать выпрыгивающее сердце. И тогда таинственная, невидимая волшебница (хотя, конечно, она знала ее и могла описать ее внешность) раскрыла над ней свой спасительный зонтик. Волшебный зонтик! И мир мгновенно преобразился. Тьма отступила. Перестал хлестать дождь, и страшные монстры, которые мерещились повсюду, сменили свой злобный оскал на приветливую, благодушную улыбку.
Еще она сомневалась, но волшебница уже вела ее за собой. Под зонтиком было совсем не страшно, она чувствовала себя в безопасности и с любопытством наблюдала, как волнуется, отступая, толпа, словно обжигаясь обо что-то. И эта ошалелая оторопь, и оголтелое вскипание радовали ее. Она понимала, что причина в ней, что с ее появлением в дергающемся уродливом многоголовом чудище что-то произошло, что-то сломалось. Оно перестало быть злобным и кровожадными и превратилось в послушное, почти нежное существо. Оно стелилось, расшаркивалось и заискивающе заглядывало в глаза.
Но ведь так и должно быть! Ведь это ее сказка! Теперь она не сомневалась, что добрая волшебница сотворила это чудо для нее. Для нее играла музыка, для нее сверкала огнями елка, и где-то среди скучной толпы томился прекрасный принц, очень похожий на Диму Иевлева. Ему недолго оставалось ждать. Сашку окатило волной настоящего счастья, ей хотелось кричать, петь, смеяться. Это чувство было неохватным, огромным как солнце, ошеломительным и внезапным. Сашка боялась его потерять, спугнуть, боялась, что это всего лишь сон, который может пройти. Поэтому она шла тихонечко, как будто несла драгоценный сосуд, изо всех сил стараясь его не уронить.
Когда Галина Васильевна объявляла ее имя и после, когда Сашка стояла с детьми, вокруг неё было пусто, словно за её платьем тянулся длинный шлейф, на который боялись наступить. Никто не смел приблизиться к ней и заговорить, она казалась недосягаемой и нереальной. Но вот вихрастый первоклашка, ужасно смущаясь, отважился-таки подойти первым. "Вы такая красивая и необыкновенная, что я вас сразу полюбил", — пролепетал он, заикаясь, и тут же исчез. За ним подскочили две малютки в пушистых костюмчиках и попросились вместе сфотографироваться.
Сашка принимала знаки внимания с достоинством, как подобает настоящей королеве. Она вошла в роль и исполняла ее с наслаждением.
***
Список победителей был составлен, но на главный вопрос ответа всё ещё не было. Мнения жюри разделились.
— Да решайте же скорее! — занервничала Янина Павловна.
— Успокойтесь, держите себя в руках, — одернула ее Тамара Васильевна. — Надо все как следует взвесить.
— А может быть, все-таки, Лебедеву Лизу? — неуверенно вставила одна из мам, дочка которой училась в классе Галины Васильевны...
За пять минут до этого произошел конфуз — Лиза убежала.
Она стояла в толпе, затертая и несчастная, никому не нужная, и не могла понять: почему так получилось? Кто так жестоко подшутил над ней? Кто все подстроил? Ведь Коровина — это ничтожество, пустое место! Неужели они этого не видят? Слезы застилали глаза, куда бы она ни смотрела, перед ней вставала ненавистная Коровина. Лиза бросилась вон из зала.