Швед проявлял свою заботливость к Джэн, чем только мог.
Он до сих пор был очень огорчен и страдал от своей невольной ошибки с ребенком. И Джэн была вполне убеждена в его благородных побуждениях.
При остановках Андерсен тщательно следил за тем, чтобы палатка для Джэн и ребенка была разбита на самом удобном месте; колючая изгородь — бома — вокруг нее изготовлялась как можно прочнее и непроницаемее.
Все, что было лучшего в их скромных продовольственных запасах, Андерсен предоставлял Джэн и ребенку. Но более всего успокаивало и трогало ее его почтительное и вежливое с ней обращение.
Она часто удивлялась, как могло такое врожденное благородство характера скрываться под такой отталкивающей внешностью? В конце концов Джэн даже перестала замечать его уродливость. Швед казался ей почти красавцем.
Однажды им пришлось испытать большое волнение.
Прохожие дикари сообщили им сведения, из которых несомненно следовало, что Роков напал на их след и находится уже в нескольких переходах от них.
Беглецы тогда решили изменить направление и повернули к реке Угамби.
Купив в одной деревне, лежавшей на притоке Угамби, лодку, они двинулись по этой речонке к Угамби, а затем поплыли вверх по этой реке. Они так быстро продвигались вперед, что долгое время ничего не слышали о своих преследователях. Достигнув места, где река переставала быть судоходной, они покинули лодку и опять вошли в джунгли. И здесь их путь снова стал опасным и трудным.
На второй день после того, как они покинули Угамби, случилась новая беда: ребенок захворал лихорадкой. Андерсен хорошо знал, что печальный исход неизбежен, но не решался сказать это Джэн. Он видел, что молодая женщина уже всем сердцем привязалась к ребенку.
Вскоре ребенку стало так плохо, что пришлось сделать остановку. Андерсен немного отступил в сторону от главной дороги, по которой они следовали, и разбил лагерь на лужайке, на берегу небольшой речки.
Джэн ухаживала за маленьким больным, и вся была поглощена этим делом. А между тем ее ожидало новое испытание. Один из черных носильщиков вдруг прибежал с известием, что «белый дьявол» Роков со своим караваном находится здесь, совсем близко! Чернокожий «сафари» едва не натолкнулся на их лагерь.
Очевидно, Роков каким-то образом напал на их след.
Беглецам пришлось немедленно сняться с лагеря и спешно продолжать бегство, несмотря на то, что ребенку становилось все хуже и хуже. Джэн Клейтон достаточно хорошо знала Рокова. Она была уверена, что первым же его делом при их поимке было бы разлучить ее с ребенком; а это означало бы верную смерть последнего.
Они двинулись вперед через густые заросли по старой, почти заросшей тропе. Туземные носильщики один за другим покинули их и куда-то таинственно исчезли. Они служили им верно и преданно только до тех пор, пока не было опасности попасть в руки Рокову. Они так много слышали о его жестокости и чувствовали к нему такой неопределенный страх, что без малейшего угрызения совести бросили своих хозяев, едва только узнали, что «белый дьявол» гонится за ними.
Тем не менее Андерсен и молодая женщина продолжали свое путешествие. Швед шел впереди, чтобы прорубать дорогу в тех местах, где тропа совершенно заросла; молодая женщина с ребенком держались сзади.
Так шли они весь день, а к вечеру поняли, что все их усилия спастись напрасны. Временами ветер доносил до них совершенно отчетливо голоса приближавшегося каравана.
Скорбные, изнемогавшие от усталости и волнения, они остановились. Андерсен приступил к последним приготовлениям.
Он посоветовал Джэн приютиться позади большого дерева и тщательно укрыл ее и ребенка сухим валежником и травой.
Оставив ей на всякий случай ружье и сумку с патронами и немного пищи, он дал ей кое-какие указания относительно дальнейшего. После прохода каравана Рокова Джэн должна была направиться в деревушку на расстоянии одной мили отсюда, а затем пройти обратно к устью Угамби и ждать попутного парохода, чтобы можно было оттуда пробраться на родину.
— А теперь прощайте, леди! — сказал Андерсен. — Желаю вам счастья!
И он протянул ей руку.
— Но куда же вы идете, Свэн? — спросила удивленно Джэн. — Почему вы не хотите тоже спрятаться здесь? Почему вы не хотите идти со мной к океану?