«Сайгон», словно доказывая, на что он способен, лег на бок так, что палуба встала почти вертикально, и замер в таком положении.
— О Боже! — вскричал матрос. — Сейчас перевернемся!
Но судно не перевернулось, оно качнулось в противоположную сторону, однако не выправилось до конца. Теперь ветер дул порывами. Шторм определенно шел на убыль.
Перед самым рассветом капитан спросил:
— Вы что-нибудь слышите?
— Да, — отозвался Тарзан. — Слышу и уже на протяжении некоторого времени.
— А знаете, что это такое? — поинтересовался капитан.
— Знаю, — ответил человек-обезьяна.
— Буруны, — сказал Боултон. — Теперь нам крышка. Медленно, словно нехотя наступил рассвет, будто задерживаемый тем злым духом, который направлял весь ход злополучного «Сайгона».
С подветренной стороны люди на мостике увидели остров вулканического происхождения. Склоны гор покрывала тропическая растительность, вершины гор терялись в низко нависших тучах. Волны разбивались о коралловый риф в четверти мили от берега, и к этому рифу сносило «Сайгон».
— Вон там, справа, в рифах проход, — заметил Боултон. — Думаю, пора спускать шлюпки и переправлять людей на берег.
— Вы — капитан, вам и решать, — откликнулся Тарзан.
Боултон приказал свистать всех наверх. Матросам был дан приказ приготовиться к спуску шлюпок. Часть ласкаров, не дожидаясь команды, захватила шлюпку и начала спускать ее на воду. Де Гроот выхватил пистолет и бросился к ним, пытаясь остановить самоуправство, но опоздал — шлюпка уже коснулась воды. Его первым порывом было — открыть огонь по нарушителям, чтобы преподать урок остальным, однако вместо этого он повернулся и бросился к другой группе ласкаров, пытавшихся захватить еще одну шлюпку. К де Грооту примкнули вооруженные Боултон и Тиббет, и ласкары отступили.
— Любого, кто ослушается приказа, расстреливать на месте, — распорядился Боултон. — Пока же подождем, посмотрим, что произойдет с беглецами, прежде чем спускать вторую шлюпку.
«Сайгон» беспомощно дрейфовал в сторону рифов. Пассажиры и команда облепили поручни, наблюдая за тем, как люди в спасательной шлюпке сражаются с огромными волнами, пытаясь достичь прохода в рифах.
— Да, шансов проскочить у них маловато, — сказал доктор Крауч.
— И чем «Сайгон» ближе к рифам, тем труднее будет следующим шлюпкам, — проговорил полковник Ли.
— Этим подонкам не проскочить, — добавил Алджи. — И поделом.
— А мне кажется, они проскочат, — возразила Патриция. — А вы как думаете, Тарзан?
— Сомневаюсь, — ответил человек-обезьяна. — Но если они потерпят неудачу, при том, что у них на каждом весле по гребцу и нет ни одного пассажира, это будет означать, что у других шлюпок отсутствует малейший шанс на спасение.
— Но почему бы не попытаться? — настаивала девушка. — Если «Сайгон» напорется на рифы, нам всем конец, а в шлюпке, по крайней мере, появится возможность бороться за жизнь.
— Ветер и волны стихают, — заметил Тарзан. — Сразу за рифами — спокойная вода, и если «Сайгон» не разобьется сразу, то, думаю, лучше оставаться здесь, чем идти на шлюпках, которые разнесет в щепки, как только они налетят на рифы.
— Пожалуй, тут вы правы, — произнес Боултон, — но в подобной экстремальной ситуации, когда речь идет о человеческих жизнях, я могу говорить только от своего имени. Я останусь на корабле, но если наберется достаточно желающих, я велю спустить шлюпку номер четыре.
Он обвел взглядом присутствующих, но глаза всех были прикованы к лодке, приближающейся к рифам, и, похоже, никто не высказывал желания рискнуть.
— Они не пройдут, — повторил Тиббет.
— Ни за что, — согласился доктор Крауч.
— Смотрите! — воскликнула Джанетт Лейон. — Они пошли прямо на рифы.
— Эти негодяи поумнее, чем я думал, — проворчал полковник Ли. — Они поняли, что через проход им не пройти, и теперь попытаются проскочить над рифом на гребне волны.
— Если повезет, им это удастся, — сказал Боултон.
— В таком случае им должно дьявольски повезти, — добавил Крауч.
— Они пошли! — крикнул Алджи. — Глядите, как гребут эти мерзавцы.
— Они удачно выбрали волну, — сказал Тиббет. — Похоже, дело выгорит.
— Глядите, глядите, они вон уже где! — воскликнула Джанетт.
Спасательная шлюпка мчалась к рифам на самом гребне огромной волны. Ласкары отчаянно работали веслами, пытаясь сохранить свое положение.
— Они проскочили! — закричала Патриция. Однако они не проскочили — нос шлюпки налетел на коралловый выступ, и обрушившаяся волна перевернула ее кормой вверх, вышвырнув ласкаров в лагуну.