— Да, все, — ответил Тарзан, поняв, что от этих невежественных дикарей толку не добиться.
Выход из долины придется искать самому. Зная, что с этой задачей он сможет быстрее справиться в одиночку, Тарзан решил проверить чернокожих насчет плана, который внезапно пришел ему в голову.
— Если я уберу труп болгани и спрячу его так, что никто никогда не узнает, что он был убит у вас в деревне, отнесетесь ли вы ко мне как другу? — начал он издалека.
— Да, — кивнул вождь.
— Тогда, — продолжал Тарзан, — могу ли я оставить у вас мою белую самку, пока не вернусь в деревню? Если появятся болгани, вы сможете спрятать ее в одной из хижин, и никому не нужно говорить, что она среди вас. Ну как?
Туземцы переглянулись.
— Мы не видели ее, — сказал вождь. — Где она?
— Если вы пообещаете спрятать ее и не причинять вреда, я приведу ее, — ответил человек-обезьяна.
— Я обещаю, — сказал вождь, — но за других ручаться не могу.
Тарзан обернулся к воинам, которые собрались вокруг него и внимательно слушали.
— Я собираюсь привести к вам в деревню свою жену, — сказал он. — Вы спрячете ее, будете кормить и защищать в случае необходимости до тех пор, пока я не вернусь. Я уберу труп болгани, так что на вас подозрение не падет, но, когда я вернусь, моя жена должна быть живой и невредимой.
Он решил выдать Лэ за свою жену, чтобы они быстрее поняли, что она находится под его покровительством. Подняв голову к дереву, на котором пряталась Лэ, Тарзан позвал ее, и минуту спустя она спрыгнула на землю.
— Вот она, — сказал человек-обезьяна воинам. — Берегите ее и хорошенечко спрячьте от болгани. Если, вернувшись, я обнаружу, что с ней что-нибудь случилось, я скажу болгани, что это сделали вы. — И он указал на труп гориллы.
Лэ повернулась к Тарзану со слезами на глазах.
— Ты собираешься оставить меня здесь?
— Только на время, — ответил он. — Эти несчастные боятся, что если смерть болгани станет известной, то вся деревня пострадает от гнева этих тварей, поэтому я обещал убрать все улики и замести следы. Чувство благодарности развито у них слабовато, поэтому на всякий случай я припугнул их. Они боятся болгани, как огня. Думаю, что вы будете здесь в относительной безопасности, иначе я не оставил бы вас. Один я могу идти значительно быстрее и постараюсь найти выход из долины. Затем вернусь и заберу вас. Это лучше, чем плутать по незнакомой местности.
— Ты вернешься? — спросила она, и в голосе ее послышались нотки страха и тоски.
— Вернусь, — твердо ответил Тарзан и повернулся к неграм. — Освободите для моей жены одну из хижин и смотрите, чтобы ее не обижали и хорошо кормили. Помните, что я сказал: от ее безопасности зависят ваши жизни.
Наклонившись, Тарзан подхватил человекоподобную гориллу на плечо, и туземцы поразились его физической силе. Они и сами не были слабаками, но никто из племени не выдержал бы тяжести тела болгани, а этот могучий Тарзан легко понес свою ношу и, когда вышел через открытые ворота, зашагал так, будто на плечах у него ничего не было. Через несколько минут он исчез в густом лесу. Лэ повернулась к чернокожим.
— Приготовьте мне хижину, — сказала она вождю, — я очень устала и хочу отдохнуть.
Негры не двигались с места, перешептываясь между собой. Судя по всему, среди них возникли разногласия, и по обрывкам фраз Лэ поняла, что некоторые склонны исполнить приказ Тарзана, а другие возражают и хотят избавиться от нее до того, как болгани обнаружат ее присутствие, и тем самым спасти жителей деревни от расправы.
— Лучше бы, — услышала она мнение одного воина, — сразу передать ее болгани и рассказать, как ее муж убил посланника Нумы-императора. Скажем, что пытались поймать тармангани, но ему удалось бежать, а мы сумели схватить только его жену. Может, Нума-император подобреет и не возьмет много наших женщин и детей.
— Но тармангани велик и могуч, — возразил другой. — Он сильнее болгани и может стать опасным врагом. А вдруг болгани нам не поверят? Что тогда?
Тогда нам придется опасаться и их, и Тарзана.
— Ты прав! — крикнула Лэ. — Тармангани велик и могуч. Вам лучше иметь его другом, чем врагом. Он легко справляется даже с Нумой-львом. Вы же видели, как он поднял тело огромного болгани, словно пушинку. Вы же видели, как свободно он шел по тропе с этой ношей на плече. Если вы мудрые гомангани, вы поймете, что лучше иметь его другом.