Улица, на которую он сейчас вступил, была исключительно темной и узкой. Большая ее часть тонула во мраке, не получая освещения от факелов с каждого угла, поэтому Тарзан вынужден был двигаться практически ощупью в густой тьме аркад.
Наконец дома слегка расступились, улица стала немного пошире как раз перед следующим поворотом, на перекрестке замерцал свет факела, и когда Тарзан подошел поближе, то в неверном свете сумел разглядеть силуэт льва. Зверь медленно шествовал по тротуару, направляясь прямо к Тарзану.
Какая-то женщина переходила улицу прямо под носом у хищника, лев не обратил на нее никакого внимания так же, как и она на него. Мгновением позже маленький ребенок пробежал за женщиной и так близко метнулся перед мордой льва, что зверь вынужден был отпрянуть и отступить на шаг.
Человек-обезьяна усмехнулся и быстро перешел на противоположную сторону улицы, так как его тонкое обоняние подсказывало ему, что у этого места легкий ветерок, гуляющий по улицам города, отражаясь от стен, близко стоящих друг против друга, подует сейчас от него ко льву, когда тот будет проходить мимо. Если остаться на этой стороне улицы, то хищное животное учует непривычный запах, а когда он дойдет до ноздрей зверя, неизвестно, что тот предпримет. Тарзан был достаточно мудр и, следуя закону джунглей, предпочитал не рисковать. Он знал, что может обмануть глаза человека и зверя, но не сможет так легко спрятать от ноздрей одной из огромных кошек свою суть. Острый нюх хищника распознает существо, отличное от обитателей города,— единственное разумное человеческое существо. Это может озлобить зверя.
Нума легко отличит чужака от знакомых обитателей города. Кошка почует врага, а Тарзану вовсе не хотелось, чтобы его задрал лев, даже и домашний.
Уловка сработала удачно, лев прошел мимо, бросив на него лишь косой взгляд.
Тарзан преодолел еще некоторое расстояние и почти достиг места, где, как он думал, мог отыскать улицу, отходящую от городских ворот. Тут у ближайшего перекрестка его ноздри уловили запах девушки, а секундой позже — и Смита Олдуика. Он был вынужден принюхиваться повнимательнее, чтобы удостовериться в правильности взятого следа.
Тарзан нагибался очень низко у каждого перекрестка, неоднократно проявляя внимание к ремешкам своих сандалий и приближая ноздри к тротуару.
Продвигаясь по улице, по которой ранее провели обоих европейцев, он заметил изменения в архитектуре зданий. Здесь явно располагался район фешенебельных резиденций. Кроме того, эта часть города была занята богатыми магазинами и рынками. Здесь освещение было получше, и количество факелов увеличилось. Они были прикреплены не только на перекрестках, но и вдоль улицы. Людей стало намного больше. Магазины были открыты и освещены, так как с заходом солнца дневная жара уступала место приятной ночной прохладе, и городская жизнь заметно оживлялась. В этом районе увеличилось и количество львов, свободно разгуливающих среди прохожих. Впервые Тарзан заметил особенность склада ума здешних людей, их странность. Раз он был почти сбит с ног обнаженным человеком, который быстро мчался через улицу, крича о чем-то во весь голос. Никто на него не обращал никакого внимания. Затем Тарзан чуть не споткнулся о женщину, ползущую на четвереньках в тени одной из аркад.
Сначала человек-обезьяна подумал, что она ищет что-то, оброненное ею в дорожную пыль. Но приблизившись, чтобы посмотреть на нее, убедился, что ничего подобного она не делала. Женщина просто предпочитала ходить на четвереньках, нежели передвигаться на ногах. Ей было от этого очень весело, она идиотски хихикала, слегка повизгивая.
В другом квартале он увидел двоих странных субъектов, дерущихся прямо на крыше одного из зданий, пока, наконец, тот, кто оказался посильнее, не вывернулся из объятий другого и не столкнул своего противника вниз так, что тот грохнулся прямо на камни тротуара, где и остался лежать неподвижно. Из груди победителя вырвался дикий крик торжества, разнесшийся эхом по городу, а затем победитель без промедления ринулся на улицу, невзирая на высоту здания. Он упал рядом с телом своей жертвы и тоже явно расшибся насмерть о пыльные каменные плиты. Лев вышел из густой тени дверного проема и подошел к двум окровавленным и безжизненным телам, валяющимся перед ним. Тарзан решил посмотреть, какой эффект произведет на зверя запах крови, и удивился, увидев, что животное лишь обнюхало трупы и лизнуло горячую багряную лужицу, а затем улеглось спокойно между двумя мертвецами.