Когда Тарзан снова повернулся к своим компаньонам, девушка все еще стояла с саблей в руке и с таким выражением на лице, которого он никогда у нее не видел.
Глаза ее были широко раскрыты, влажные от непрошеных слез, нежные губы дрожали, как если бы она готова была дать вырваться на волю какому-то скрываемому чувству. По ее бурно вздымающейся груди было ясно, что Берта Кирчер изо всех сил пытается справиться с собой.
— Если мы собираемся выбираться отсюда, то не должны терять времени. Наконец-то мы вместе и ничто не может нас задержать. Вопрос только в том, какой путь самый безопасный. Пара, убежавшая от нас, очевидно, вышла через люк на крышу и закрыла его, чтобы отрезать нам возможность уйти в том направлении. Можно ли выбраться снизу? Как вы попали сюда? — засыпал Тарзан вопросами девушку.
— У основания лестницы,— сказала она,— есть комната, в ней полно вооруженных людей. Сомневаюсь, что мы сможем пройти этим путем.
В это время Отобу вдруг приподнялся на локте и принял сидячее положение.
— Так ты после всего еще жив? — воскликнул человек-обезьяна.— Но как тяжело тебя ранили?
Негр осторожно поднялся на ноги, подвигал руками и ногами, потрогал голову.
— Кажется, у Отобу ничего не повредили, бвана,— ответил он.— Только в голове очень сильная боль.
— Это пройдет,— ободрил негра человек-обезьяна.— Хочешь вернуться на родину, в деревню Вамбабос?
— Да, бвана, очень.
— Тогда выведи нас из города самым безопасным путем!
— Нет безопасного пути,— ответил черный,— а если и доберемся до ворот, нам придется сражаться. Я могу вывести вас из этого здания в переулок без опасений кого-либо встретить по дороге. Все вы одеты, как люди этого дьявольского города, поэтому мы, вероятно, сможем пройти незамеченными по улицам. Но у ворот нам будет непросто обмануть стражу, так как никому не разрешается покидать город ночью.
— Но мы попытаем удачи,— ответил Тарзан.— Давай двигаться в путь. Веди нас, Отобу!
Отобу вывел их через выломанную дверь из наружной комнаты в коридор, а пройдя полпути по коридору, открыл дверь в другое помещение, находящееся справа по коридору. Комнаты шли анфиладой. Пройдя несколько помещений, он повел беглецов вниз по крутой лестнице. Последние ступеньки вели к узкой дверце, она открылась на боковую улицу позади здания.
Двое мужчин, девушка и черный раб не были необычным зрелищем на улицах города и не вызвали любопытства и внимания встречных.
Проходя под факелами, трое европейцев торопились, стараясь улучить момент и проскользнуть круг более яркого света так, чтобы случайный прохожий не мог разглядеть их лиц. В тени аркад опасность быть обнаруженными значительно уменьшалась. Они удачно преодолели большую часть расстояния до южных ворот в стене города, когда с центральной площади донеслись звуки тревоги и большого смятения.
— Что это значит? — поинтересовался Тарзан у Отобу, заметив, что тот дрожит как в лихорадке.
— Хозяин,— ответил негр,— они обнаружили, что случилось в доме Веза, мэра города, там, откуда мы убежали. Его сын и девушка позвали на помощь. Они вызвали солдат, и те сейчас, несомненно, обнаружили тело Веза.
— Интересно,— сказал Тарзан,— нашли ли они то тело, которое я выбросил через окно?
Берта Кирчер достаточно разбиравшаяся в диалектах, поняла, о чем идет разговор, и спросила Тарзана, знает ли он о том, что человек, выброшенный им из окна, был сыном короля.
Человек-обезьяна рассмеялся.
— Нет,— сказал он,— я этого не знал. Однако дело значительно усложняется, по крайней мере, если будет обнаружено то, что осталось от принца. Львы вряд ли успели съесть его целиком.
Шум позади них внезапно усилился, в воздухе поплыли резкие звуки горна. Отобу ускорил бег.
— Скорее, господин! — крикнул он.— Все гораздо хуже, чем я думал.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил его Тарзан.
— По какой-то причине вызвана королевская охрана и королевские львы. Я боюсь, о, бвана, что нам от них не убежать.
Но если Отобу не знал, Тарзан, по крайней мере, догадался, что было найдено тело королевского сына. Снова раздались звуки горна. Они звучали громко и торжественно в ночной тиши.
— Еще вызывают львов? — спросил Тарзан.
— Нет, господин,— ответил Отобу.— Это они вызывают попугаев.