Воины беспокойно задвигались. Послышался невнятный ропот.
— Перестаньте роптать,— сказал новый вождь.— Я ваш ганд. Мое слово — закон. Вы не помогали мне стать вождем. Многие из вас помогли Ис-сату выгнать меня из пещеры моих предков, а остальные молчали. Я ничем не обязан вам. И только эти двое, которых вы хотите убить, только они помогли мне. И я, вождь, говорю — кто не согласен со мной, пусть скажет!
Тарзан восхищенно смотрел на Ом-ата. Оказывается, он не только верный друг, но и мудрый человек. Тарзан немало повидал на своем веку, неплохо разбирался в человеческих характерах, но редко ему встречался человек такого врожденного благородства, отваги и непреклонной силы воли. В его гордой осанке, в его твердых и умных словах было столько уверенности в своей правоте, что люди надолго задумались. Вызов был брошен! Ом-ат тоже молчал. Он понимал, что люди осознают справедливость его слов, но переступить через веками освященные законы им нелегко. Их примитивный ум не ведал компромиссов.
— Я буду вам хорошим вождем,— вновь заговорил Ом-ат, убеждая их.— Ваши жены и дети будут в безопасности, а ведь этого не было при Ис-сате. Идите теперь к своим полям и своей охоте. Я иду искать Пан-ат-лин. Пока меня не будет, Аб-он будет вождем. Слушайтесь его. Он все расскажет мне, когда я вернусь. И пусть Яд-бен-ото радуется, глядя на вас.— Он повернулся к Тарзану и Та-дену.— А вы, мои друзья, свободны. Можете остаться с моим народом. Пещера моих предков ждет вас.
— Я иду с Ом-атом на поиски Пан-ат-лин,— ответил ему Тарзан.
— И я,— сказал Та-ден.
Ом-ат радостно улыбнулся.
— Хорошо! — воскликнул он,— А когда мы найдем ее, пойдем с Тарзаном и поможем ему, а потом с тобой, Та-ден. Но я не знаю, куда идти.— Он повернулся к своим воинам.— Кто знает, где она может быть?
Но никто ничего не знал, кроме того, что Пан-ат-лин вечером скрылась в своей пещере, и с тех пор ее никто не видел.
— Покажи мне, где она спит,— предложил Тарзан.— Дай мне что-нибудь из ее вещей, и я попробую вам помочь.
Двое молодых воинов подошли к Ом-ату. Это были Ин-сад и О-дан. Один из них сказал:
— Ганд Кор-ул-я, мы пойдем с тобой искать Пан-ат-лин. .
— О-дан и Ин-сад пойдут с нами,— решил Ом-ат.— Больше нам никто не нужен. Пойдем, Тарзан, я покажу тебе, где спит Пан-ат-лин, только я не пойму, зачем это тебе. Я смотрел, там ее нет.
И они вошли в пещеру. Ом-ат привел Тарзана в уже знакомую нам комнату, где разыгралась сцена Ис-сата с Пан-ат-лин прошедшей ночью.
— Все, что здесь есть,— это ее вещи, кроме дубинки. Это дубинка Ис-сата.
Человек-обезьяна медленно ходил по комнате, брал в руки ту или иную вещь, внимательно разглядывал, потом клал на место. Внимательно осмотрел пол и всю утварь.
— Пойдем,— сказал он наконец, и они вышли из пещеры.
Их уже ждали у выхода трое, готовые в путь. Но Тарзан прошел мимо них и наклонился к колышкам у входа в пещеру. Он обнюхивал их.
Еще в детстве его приемная мать Кала-обезьяна научила его ориентироваться в джунглях по запахам, и с тех пор его острое обоняние никогда не подводило его.
Спутники ждали его, готовые спуститься к выходу из селения обычной дорогой. Этот путь лежал справа, но Тарзан, не обращая на них внимания, повернул налево. Ом-ат терял терпение.
— Пойдем,— раздраженно сказал он.— Мы должны искать Пан-ат-лин.
— Где нам искать? — спросил Тарзан.
— Где? Ну, в долине, во всем Пал-ул-доне, если понадобится,— неуверенно проговорил Ом-ат.
— Слишком долго придется искать,— сказал Тарзан.— Идем за мной. Она пошла сюда,— и он показал на колышки, которые вели к подножию скалы. Здесь он ясно ощущал ее запах.— Вот этой дорогой она спустилась, но здесь колышки кончаются, дальше их нет.
— Не знаю, как ты догадался, что она пошла сюда,— недоумевал Ом-ат.— Колышки мы найдем. Ин-сад, вернись и принеси колышки для пятерых,— приказал он.
Молодой воин вскоре вернулся с колышками. Ом-ат дал пять из них Тарзану и объяснил, как ими пользоваться. Тарзан вернул ему один, сказав, что ему достаточно четырех.
Ом-ат с горечью улыбнулся.
— Каким бы ты был красивым, если бы у тебя был хвост!..
— Да, я признаю это,— улыбнулся в ответ Тарзан,— поэтому идите впереди и оставляйте для меня колышки. Все равно я не могу держать их большими пальцами ног.
— Хорошо,— согласился Ом-ат.— Та-ден, Ин-сад и я пойдем впереди, О-дан будет идти сзади и собирать колышки. Мы не можем оставлять их для наших врагов.