Как из-под земли, перед Тарзаном возник черный волосатый воин, а за ним виднелось множество врагов. Волосатый выхватил нож. Не видя другого выхода, Тарзан бросился на него, и в тот же миг десяток ваз-донов выскочили из кустов. Тут-то Тарзан понял, что окончательно попался. Он на чем свет стоит проклинал себя за недогадливость. В эту минуту он думал о потерянной жене, и ему стало так горько — ведь если она еще жива, то теперь ей не на кого надеяться, потому что кого-то уже не будет в живых.
Но страшное бешенство овладело им при этой мысли. Ненависть к этим гнусным существам, посмевшим стать у него на пути, не пустить его к Джейн, спасти ее, овладела им. Всем своим существом он ненавидел, готов был разорвать их на части. В его глазах блеснул неистовый огонь, и Тарзан испустил страшный крик обезьяны-самца, леденящий кровь в жилах вопль, от которого вокруг замирает все живое. Этот клич испускают самцы его родного племени — племени обезьян Керчака, готовых биться насмерть за свою жизнь и свободу. На краткий миг нападавшие потеряли самообладание, и Тарзан стремительным движением, как у ребенка, выбил из рук ближайшего к нему волосатого тяжелую дубинку и нанес ему сокрушительный удар в лицо. Ваз-дон свалился на землю. Тарзан кинулся на остальных и с легкостью разбросал их, орудуя дубинкой поверженного воина. Его удары были настолько мощными и сокрушительными, что дубинка вскоре раскололась в щепки. Но так не могло долго продолжаться — их было двадцать против одного. И один из них метнул в Тарзана дубинку. Удар пришелся в голову. Минуту он стоял, качаясь, как огромная сосна под топором лесоруба, и рухнул на землю.
В это время Ом-ат и его друзья отбивались от воинов Кор-ул-лула, тоже попавшись в ловушку. Они слышали неподалеку звуки битвы и поняли, что это Тарзан отбивается от врагов, и Ом-ат позвал Тарзана: «Тарзан — Страшный Человек! Ты слышишь меня, Страшный Человек?»
— Да, это правда,— сказал, поднимаясь, раненный Тарзаном воин,— Яд-гуру-дон! Он страшен,— повторил он.— Тарзан — Страшный Человек!
Глава 5
В ЗАБРОШЕННЫХ ПЕЩЕРАХ
В то время как Тарзан лежал поверженный среди своих врагов, перед болотом, окружившим страну Пал-ул-дон, остановился человек. Он был почти голым — ничего, кроме львиной шкуры, не было на нем. Три ленты с патронами обвивали его тело — крест-накрест через спину и заканчивались вокруг туловища. Он был вооружен ножом, к поясу привязан колчан со стрелами. Он далеко зашел в дикие земли, полные свирепых хищников, но ружьем пользовался очень редко — почти все патроны были целы. Когда ему угрожала опасность, человек предпочитал прибегать к ножу и луку, и только когда на него нападал крупный хищник, он стрелял из ружья. Для чего сохранять это снаряжение с риском для жизни? Для чего могут понадобиться эти кусочки металла? Во всем мире только он и знал это.
...Прыгая с обрыва, чтобы спастись от льва-людоеда, Пан-ат-лин не сомневалась, что насмерть разобьется о камни, но предпочла эту смерть мучительной гибели от клыков разъяренного йа. Но по воле случая она угодила прямо в реку, что протекала по дну ущелья. Едва не захлебнувшись в холодной воде, девушка кое-как вынырнула и из последних сил поплыла к противоположному берегу. Едва живая, выбралась она на склон, в изнеможении упала на землю и пролежала так до рассвета. Когда первые лучи солнца осветили ее, она очнулась и вспомнила обо всем, что с ней произошло. Страх подтолкнул ее, и она вскочила на ноги, настороженно озираясь,— она была в стране врагов.
Чтобы ее не заметили на открытом месте, она перебралась в кусты, росшие неподалеку. Это был ягодный кустарник, и Пан-ат-лин поела ягод. Ножом Ис-сата она резала и ела сочные веточки кустарника. Насытившись, она прилегла отдохнуть и обдумать, что делать дальше.
Пан-ат-лин, конечно, было неведомо, что Ис-сат мертв. Каких страшных испытаний и лишений, смертельного риска она могла бы избежать, знай она об этом. Но она была уверена, что не могла убить его насмерть, а только оглушила, и не решалась вернуться в Кор-ул-я. Уж во всяком случае не сейчас, когда Ис-сат разъярен и послал за ней погоню. А когда погоня вернется ни с чем, Ис-сат выставит караул из своих воинов вокруг всего селения, чтобы схватить ее, как только она появится.
Может быть, она вернется позже, когда ее отец и братья уже точно будут дома, только не теперь. Но и здесь, среди врагов, надо искать другое, более надежное убежище от диких зверей.
Сидя на стволе упавшего дерева и размышляя над своей участью, она вдруг услышала дикие крики. Это были воинственные кличи воинов Кор-ул-лула. Она затаила дыхание, а крики раздавались все ближе и ближе к ней. Затем Пан-ат-лин увидела сквозь листву три фигуры, бегущие по тропинке, а за ними толпу преследователей. Она снова увидела этих троих, когда они переплывали реку, но вскоре потеряла их из виду. Через некоторое время она увидела толпу преследователей — разъяренно кричавших воинов Кор-ул-лула. Их было человек сорок-пятьдесят, не меньше. Она застыла в неподвижности и затаила дыхание, но они не заметили ее в азарте погони. А в это время трое преследуемых ваз-донов уже карабкались на скалу. Вдруг что-то в них показалось ей знакомым. Она внимательно пригляделась к ним. Возможно ли это? О, Яд-бен-ото! Если бы она могла знать раньше! Это были отец и двое ее братьев. Она могла бы присоединиться к ним. Но теперь уже слишком поздно! С бешено бьющимся сердцем следила она за ними. Они, измученные погоней, изо всех сил карабкались наверх. С болью видела она, что двигаются они слишком медленно. Доберутся ли они до верха? Настигнут ли их враги?