Воины в Пал-ул-доне все обладали удивительным уме-ием метать ножи и дубинки. Бу-лот тоже с детства был обучен этому искусству. Другое дело, что он им никогда не пользовался, но навык остался. Нож вошел прямо в сердце Ко-тана. Король упал как подкошенный, сраженный насмерть.
Все замерло в зале. Убийца, вспомнив, что он трус, в ужасе от содеянного бросился к выходу. Разъяренные воины, горя жаждой мщения за своего короля, бросились за ним. Но рядом с сыном встал Мо-зар.
— Ко-тан мертв! — возопил он.— Мо-зар — король! Верные воины! Защищайте своего повелителя!
Воины, преданные Мо-зару, встали вокруг него, готовые дать бой. Но против них было слишком много ножей. Кроме того, вдруг появился Я-дон и с поистине львиной силой стал разметать сгрудившихся вокруг Мо-зара воинов, как щенят, пробираясь к тем, кто посягнул на трон.
— Возьмите их обоих! — повелел он громовым голосом.— Воины Пал-ул-дона сами изберут себе короля. А предатели, убийцы Ко-тана понесут кару!
Теперь, направляемые отважным вождем, перед мудростью которого все преклонялись, воины, верные Ко-та-ну, бросились к Мо-зару с сыном.
Короткой, страшной и яростной была эта битва. В ней не было ничего, кроме неистового желания убивать. Люди, забывшие обо всем, кроме своих кинжалов, вонзающихся в грудь врага, конечно же, не заметили, как в разгаре схватки Мо-зару и Бу-лоту удалось ускользнуть.
Они побежали в ту часть дворца, которая была отведена на время их пребывания в А-луре. Здесь остались их слуги и младшие жрецы. Убийцы хотели быстро собрать свои вещи и убраться восвояси.
Вдруг Мо-зар остановился как вкопанный, схватив за руку сына.
— Принцесса! — горячо зашептал он.— Мы не должны уйти из города без нее. Она — половина борьбы за трон.
Бу-лот, теперь уже совсем протрезвевший, колебался.
Ему вполне хватало того страха что он натерпелся во время схватки.
— Давай скорее уйдем из А-лура,— просил он отца.— Скоро за нами весь город пустится в погоню. Она будет сопротивляться, мы не успеем убежать.
— У нас много времени,— упорствовал Мо-зар.— Они все еще дерутся и не скоро увидят, что нас нет. Пока еще они сообщат страже, что король убит, пока пошлют охранять принцессу... Теперь наше время. Идем же!
Бу-лот неохотно пошел за отцом. Мо-зар приказал своим воинам ждать их у выхода из дворца. Они бежали к Запретному Саду. У входа на страже стояла лишь половина охраны, остальные спали, евнухов тоже не было.
— Там, во дворце, дерутся,— сказал Мо-зар стражникам.— Король велел вам явиться на его защиту.
Воины колебались.
— Быстрее! Спешите же! — понукал он их.
Воины эти хорошо знали Мо-зара, знали, что принцесса утром станет женой его сына. В критической ситуации король вполне мог поручить заботу о безопасности О-ло-а Мо-зару и Бу-лоту. К тому же Мо-зар был могущественным вождем, и неповиновение ему грозило опасностью. Это были простые воины, привычные к суровой дисциплине, беспрекословному повиновению старшим. Без дальнейших рассуждений они отправились в пиршественный зал.
Подождав, пока они скроются, Мо-зар с Бу-лотом побежали к покоям принцессы. Через минуту они вошли в ее опочивальню. Увидев их, О-ло-а вскочила с лежанки.
— Что это значит?! — воскликнула она гневно.— Ни один мужчина, кроме евнухов, не имеет права входить в спальню принцессы!
Мо-зар уже придумал коварный план, как обмануть О-ло-а. Если он удастся, она добровольно пойдет с ними. И вдруг он увидел Джейн Клейтон и едва смог подавить возглас восхищения, готовый вырваться из его уст. Но его замысел не терпел промедления.
— О-ло-а! — воскликнул он, изображая крайнее волнение и горе.— Когда ты узнаешь, почему мы здесь, ты простишь нас. О, горе нам! Во дворце восстание. Король, твой отец, убит. Пьяные мятежники идут сюда, чтобы похитить тебя. Мы должны бежать из А-лура. Нельзя терять ни минуты! Скорее же бежим!
— Отец мертв?! — горестно воскликнула О-ло-а. Ноги ее подкосились, и она беспомощно опустилась на лежанку, ища опоры. Но, мужественная духом, она поднялась и решительно проговорила:
— Если Ко-тан мертв, я — королева, пока воины не изберут себе нового короля. Это закон Пал-ул-дона. Я подчиняюсь ему. Мое место здесь, с моим народом! — голос ее зазвенел решимостью и силой.— И если я королева, никто не сможет заставить меня выйти замуж насильно. Яд-бен-ото известно, что я не желаю быть женой твоего трусливого сына. Идите! — и она царственным жестом указала им на дверь.