Когда тот свернул за угол, Тарзан быстро спустился и стал осматриваться, куда же он попал. Перед ним белели стены дворца. Тарзан был очень доволен тем, что знает теперь, где находится потайной вход в храм. Хотя слежка за Пал-сатом и уводила его в сторону от основной цели, он не считал это время потерянным. Это было необходимо для воплощения того плана, который возник у него, когда он подслушал разговор Пал-сата с верховным жрецом. Он едва ли мог надеяться на осуществление этого плана один среди полудиких и враждебных ему людей. От успеха этого плана зависела жизнь и счастье самого дорогого на свете существа. Он пожертвовал драгоценным временем не зря. Он должен приобрести союзников, готовых помочь ему. Теперь, по крайней мере, ему не нужно будет терять времени для поисков входа в храм.
Тарзан подслушал, что Джейн должна быть в Запретном Саду, и был уверен, что Лу-дон не успел, да и не имел возможности забрать ее оттуда.
Человек-обезьяна спокойно прошел мимо дворцовой охраны, не вызвав ни малейшего подозрения. Проходя мимо стражи, он держал руки за спиной и молил судьбу, чтобы никто не заметил его необычные для хо-донов ноги. Но воины настолько привыкли к виду жрецов, которые то и дело ходили туда-сюда, что едва взглянули в его сторону.
К его удивлению, вход в Запретный Сад никем не охранялся. Он вошел и нашел Сад опустевшим. Нигде не было и признака той, которую он искал. Но где-то здесь должны быть покои принцессы, и только там могла быть его возлюбленная. Где находятся эти покои, он мог только догадываться, но был уверен, что они где-то здесь, в саду. Он знал, что весь сад находится во владении принцессы, и вход в ее покои должен быть тоже здесь. Тарзан пошел вдоль стены и вскоре нашел нишу, ведущую вглубь. Как ни странно, здесь также не было охраны. Войдя в нишу, он услышал отзвук голосов. Он пошел в том направлении. Голоса слышались все отчетливее. Теперь Тарзан мог различить и интонации — говорили зло и возбужденно, вернее, кричали и негодовали. Явно там что то происходило — ссора или драка, и Тарзан поспешил туда. Вскоре он вбежал в комнату, где голоса слышались совсем уж рядом. Из этой комнаты вел ход, завешенный шкурами. Отведя в сторону шкуры, Тарзан увидел освещенную комнату и в ней двух женщин, боровшихся с неизвестным ему хо-доном. Одна из них была принцесса, а вторая — Пан-ат-лин.
В этот самый миг незнакомец швырнул О-ло-а наземь, схватил Пан-ат-лин за волосы и занес над ней нож. Сбросив с себя громоздкий жреческий убор, Тарзан бросился на него и нанес сокрушительный удар. Хо-дон замертво рухнул на пол.
Девушки разом узнали Тарзана. Пан-ат-лин, поднявшись на колени, хотела уже припасть к его ногам, но он велел ей встать. Ему некогда было принимать знаки поклонения и выслушивать благодарности в свой адрес.
— Скорее отвечайте мне,— без дальнейших околичностей воскликнул он,— где женщина моего племени, которую привел сюда Я-дон?
— Она только что была здесь,— возбужденно заговорила О-ло-а.
— Мо-зар, отец вот этого,— она с отвращением указала на Бу-лота,— схватил ее и унес.
— Куда?! — уже почти рычал Тарзан.— Куда он понес ее?
— Туда,— Пан-ат-лин указала на дверную нишу.— Они хотели забрать чужеземку и принцессу к себе в Ту-лур, город Мо-зара у Темного озера.
— Это моя жена,— сказал Тарзан Пан-ат-лин,— я иду искать ее. Обещаю тебе, если только буду жив, освободить тебя из рабства и вернуть Ом-ату.
И не успела девушка ответить, как он выбежал из комнаты. Он бежал по едва освещенному, извилистому коридору. Наконец резкий поворот вывел его во двор, полный воинов.
При виде Тарзана, который в спешке забыл надеть убор жреца, поднялся страшный шум.
— Богохульник! Вот он, осквернитель храма! — раздавались крики. Но некоторые кричали «Дар-ул-ото!», значит, остались и такие, которые верили в его божественное происхождение.