— Нет! — закричал Алам.— Это не мальчик! Это девушка. Только она переодета в мужское платье.
Сокабе сорвал с Кэрри блузу. Он улыбнулся, в глазах его блеснул похотливый огонек.
Один солдат увел Синг Тэя в пещеру и там проткнул его штыком. После этого отряд, прихватив пленницу, отправился в обратный путь.
Глава 2
ГИБЕЛЬ «ПРЕКРАСНОЙ ЛЕДИ»
Старший сержант Джо Бубнович стоял в тени крыла бомбардировщика, окрещенного «Прекрасной леди», в компании нескольких других членов боевого экипажа огромного авианосца. Джо по кличке Бродяга из Бруклина был помощником механика, а заодно выполнял обязанности канонира на шкафуте. Собравшиеся явно спорили о чем-то.
— Я нахожу, что он — хороший парень,— заявил Джо, явно не соглашаясь с замечанием, сделанным башенным стрелком старшим сержантом Тони Розетти по прозвищу Шримп — «неудачник».
— Да? Ну, а мне не нравится, когда проклятый британец крутится возле «Прекрасной леди». А помимо всего прочего, я слышал, что он — настоящий герцог. Вот уж чего не хватало...
— Мне кажется, твой герцог легок на помине,— сказал Бубнович.
Все обернулись.
Под крыло бомбардировщика «Б-24» подкатил джип. Когда машина остановилась, из нее вышли три офицера — британский полковник королевских военно-воздушных сил, а также полковник и майор американских ВВС.
Капитан Джерри Лукас из Оклахома-сити, пилот «Прекрасной леди», выступил вперед. Американский полковник представил Лукаса лорду Клейтону.
— Все готово, Джерри? — спросил он капитана.
Механики и оружейники, проверив в последний раз оборудование, спустились наружу через бомбовый отсек, а военный экипаж поднялся в самолет.
Полковник Джон Клейтон летел в Голландскую Ост-Индию на занятую японцами Суматру в качестве наблюдателя с целью разведки и аэрофотосъемок. Поднявшись на взлетную полосу авианосца, он вошел в самолет и занял место рядом с пилотом. Когда поднялись в воздух, он довольно долго разговаривал со штурманом и радиоинженером, а, наговорившись с ними, прошел через бомбовый отсек в хвост машины. Бомбовый отсек был пуст, самолет шел без смертоносного груза.
Шримп, Бубнович и еще двое артиллеристов растянулись на полу в хвостовом отделении рядом со спасательными плотами и парашютами. Шримп первым увидел Клейтона, выходящего из маленькой дверцы, ведущей в круглую башню.
— Тс-с! — предупредил он,— Сюда идет герцог.
Клейтон обошел башню, переступив через Шримпа и Бубновича, и остановился возле фотографа, который возился со своей камерой. Никто из солдат не поднялся на ноги. Когда боевой самолет находился в воздухе, военные формальности обычно не соблюдались. Фотограф с нашивками сержанта службы связи поднял голову от аппарата и улыбнулся. Клейтон ответил улыбкой на улыбку и присел рядом.
Оглушительно ревел мотор. Наклонившись к фотографу, Клейтон прокричал ему в ухо несколько вопросов по поводу камеры. Фотограф таким же образом дал на них ответы. «Б-24» отбивает охоту разговаривать в полете, но Клейтону необходимо было получить нужную информацию.
Присев на край спасательного плота между Шримпом и Бубновичем, он вытащил пачку сигарет и угостил всех присутствующих. Отказался один Шримп, бросавший на британца неприязненные взгляды.
Бубнович поднес Клейтону зажигалку. Тот спросил, прикурив, как его зовут и откуда он родом. Когда Бубнович назвал Бруклин, Клейтон кивнул:
— Я слышал немного о Бруклине.
— Наверное, слышали о «бродягах»,— улыбнулся Бубнович.
Клейтон кивнул еще раз.
— Они меня Бродягой прозвали, Бродягой из Бруклина,— явно довольный вниманием британца, Бубнович разговорился. Он даже показал английскому офицеру фотографию жены и детишек.
Шримп продолжал держаться отчужденно и высокомерно.
Когда они увидели в иллюминатор вершины гор северо-западной Суматры, уже рассвело. Погода стояла ясная, это благоприятствовало фотосъемкам.
Горы образовывали хребет длинной в тысячу сто миль вдоль острова. Они протянулись от экватора на юг и к западному побережью Малайского полуострова. Над горами клубились облака, но линия побережья была четко видна. Именно прибрежные укрепления в первую очередь интересовали экипаж «Прекрасной леди».
Японцы были застигнуты врасплох, и американцы фотографировали их военные объекты почти полчаса, прежде чем по самолету был открыт огонь из зенитных орудий. К счастью снаряды рвались в отдалении, не причиняя никому вреда. Лишь когда «Прекрасная леди» полетела вдоль берега, огонь усилился и стал точнее. Несколько осколков снарядов угодило в самолет, но серьезных повреждений нанесено не было.