«Но прежде чем полковник явится, с тобой произойдет «несчастный случай»,— думал про себя Матсуо.
— Хорошо, дождемся полковника,— согласился Сокабе.
«Было бы весьма неосторожно с моей стороны, если бы мой капитан умер до приезда полковника»,— думал лейтенант.
Кэрри ничего не поняла из разговора японцев и не знала, что некоторое время будет находиться в безопасности.
Рано утром следующего дня Алам покинул селение Зоэзина, чтобы вернуться в свою деревню.
Глава 4
«РАДОСТИ ЖИЗНИ» В ДЖУНГЛЯХ
Джерри Лукас проснулся от страшного сотрясения настила, на котором вся группа устроилась на ночлег. Бубнович и Розетти тоже открыли глаза.
— Какого черта? — воскликнул Шримп.
Бубнович огляделся вокруг:
— Я ничего не вижу.
Джерри высунулся как можно дальше и посмотрел вверх. Там он увидел огромную черную фигуру, расположившуюся в нескольких футах над ними и свирепо сотрясающую дерево.
— Дьявол! — воскликнул он,— друзья, это не сон? Вы его тоже видите?
Все посмотрели вверх.
— Черт возьми! — сказал Розетти,— Вот это морда! Никогда не думал, что обезьяны могут быть такими огромными.
— Это не обезьяна, остолоп! — заметил Бубнович.— Это называется «человекообразное» — почему, не знаю, вернее, моих познаний недостаточно. Из отряда приматов, это точно.
— Говори по-американски,— проворчал Шримп.
— Это орангутанг,— сказал Лукас.
— По-малайски значит: «дикий человек»,— добавил Бубнович.
— Что ему нужно? — спросил Шримп,— почему он трясет дерево? Хочет стряхнуть нас на землю? Ну и харя! Профессор Бубнович, этот симпатяга ест людей?
— Нет, он травоядный,— успокоил Шримпа Бубнович.
Розетти решил перепроверить сведения. Он повернулся к Лукасу:
— Кэп, обезьяны едят людей?
— Нет,— отвечал Лукас.— Оставьте его в покое, и он нас не тронет. Только не будьте слишком фамильярны с этим парнишкой — он может разобрать вас на запчасти, как ненужную вещь.
Шримп осмотрел свое оружие.
— Это у него не выйдет — разобрать меня по винти кам,— он похлопал по прикладу карабина.— Пока у меня есть эта «большая Берта»...
Орангутан, утолив свое любопытство, потерял всякий интерес к компании, расположившейся на настиле, и стал медленно удаляться, Шримп принялся чистить карабин.
— Дьявол! Он начал ржаветь, как раз тогда, когда без него так одиноко среди всяких там орангутангов,— с досадой крякнул Шримп.— Но где же герцог? Куда это он подевался с утра пораньше?
— Я не заметил,— отвечал Лукас,— он ушел так тихо, что мы не проснулись.
— Может, он свалился вниз,— предположил Розетти и свесился с края платформы.— Жаль, если им кто-нибудь позавтракал. Он был неплохим парнем для британца.
— Это, конечно, некоторая уступка с твоей стороны,— усмехнулся Бубнович.
Шримп внезапно сел и уставился на товарищей.
— Я знаю, что случилось,— объявил он.— Кто-нибудь из вас слышал крик ночью?
— Я слышал,— ответил Лукас.— Что из этого?
— Это было похоже на крик человека, правда же?
— Да, пожалуй.
— И что, думаешь, это был Клейтон?
— Конечно, это так, кроме шуток. Герцог свалился прямехонько вниз, к тиграм в лапы. Это он кричал.
Бубнович указал в сторону:
— Значит, к нам направляется его бесплотный дух.
Все обернулись.
— Ну и парень! — воскликнул Розетти.— Никогда не видел ничего подобного.
Перепрыгивая с дерева на дерево, к ним приближался англичанин с тушей антилопы на плече. Через минуту он уже взбирался на настил.
— Это — завтрак,— объявил он спокойным тоном, снимая с плеч свою ношу.— Присоединяйтесь ко мне.
Он вытащил нон? и отрезал изрядный кусок мяса. Отодрав кожу от своей порции сильными пальцами, он присел на корточки и вонзил крепкие зубы в кровоточащий кусок мякоти.
Челюсть у Шримпа отвисла, глаза округлились:
— Почему вы не хотите поджарить его? — спросил в изумлении Шримп.
— На чем? Вокруг нет ничего сухого, чтобы разжечь костер. Если не хотите ослабеть без мясной пищи, научитесь есть мясо сырым. До тех пор, пока мы не устроим подходящий лагерь и не раздобудем сушняка для костра, нам придется питаться таким вот образом,— и он вновь откусил большой кусок.
— Ну,— сказал Шримп,— я достаточно проголодался, чтобы съесть даже сырое мясо.