Джерри и девушка шли впереди бок о бок. Лукас, не скрываясь, любовался нежным профилем Кэрри.
— Вы, должно быть, очень устали,— спросил он.
— Немного,— согласилась девушка.— Но я привыкла много ходить и мало спать. Я очень выносливая.
— Вы испугались, когда вас схватили эти негодяи?
Она бросила на Лукаса быстрый насмешливый взгляд.
— Это женоненавистник так со мной разговаривает?
— А кто вам сказал, что я женоненавистник?
— Ваше поведение. Вы и маленький сержант вели себя как истые женоненавистники.
— Я! Да что вы! Ничего подобного! А Шримп даже слова такого не знает.
— Я пошутила. Но это и так видно...
— Возможно, одно время я и был таким, как вы сказали,— согласился Лукас. И он рассказал Кэрри о девушке, которая его обманула.
— Вы так сильно любили ее?
— Нет, пожалуй, больше всего пострадала моя гордость. Теперь я даже рад, что все так кончилось.
— Вы хотели сказать, что лучше открыть до женитьбы непостоянство невесты, чем потом?
— Не совсем. Я сейчас не готов к разговору на эту тему. Только знаю, что теперь я не хотел бы увидеться с той девушкой.
Кэрри с удовольствием подумала, что с прошлой любовью Джерри Лукаса наконец-то покончено навсегда. Она окончательно развеселилась, сделав про себя такой вывод, и когда все подходили к лагерю, девушка напевала веселую песенку. Как только подошли к пещерам, Кэрри сразу же скрылась в одной из них.
— Ну и как себя чувствует женоненавистник нынче? — спросил ехидно Бубнович у разомлевшего от счастья Джерри Лукаса.
— Задрай свой люк,— буркнул капитан в ответ, страшно смутившись.
Тарзан, расспросив Кэрри о похитивших ее туземцах, узнал, что их насчитывалось человек десять и вооружены они были ножами и копьями. Огнестрельного оружия у них не было, ибо японцы конфисковали все, что сумели найти. .
Пятеро путешественников собрались у входа в пещеру и стали обсуждать планы на будущее. В частности, требовалось выработать тактику на случай, если похитители вернутся. Каждый спешил высказать свое мнение, но с тех пор, как они покинули самолет, где высшим авторитетом был Джерри Лукас, лидерство с общего молчаливого одобрения прочно перешло к Тарзану. Джерри не обижался, он понимал, что это правильно. Не могло быть сомнений, что англичанин лучше всех ориентируется в джунглях, более приспособлен к походной жизни, а также силен и храбр. Со всем этим согласился с самого начала даже Шримп, чье сознание не хотело мириться с превосходством британца. Но со Шримпом произошла метаморфоза — он стал одним из самых пылких сторонников Тарзана.
— Кэрри рассказала,— говорил Тарзан,— что отряд, захвативший ее, немногочислен, всего-то десять человек. Огнестрельного оружия у них нет, копья да прямые ножи. И то не у всех. Нас пятеро. У всех есть луки. Мы — хорошие стрелки. Но, если они появятся, стоит попробовать убедить их, чтобы они ушли по-хорошему и оставили нас в покое. Кэрри будет у нас переводчиком. Мы не будем открывать стрельбу, если это не станет абсолютно необходимым.
— Великолепно,— проворчал Шримп,— мы должны им позволить украсть девчонку.
Кэрри бросила на него удивленный взгляд. Джерри и Бубнович ухмыльнулись. Шримп, заметив их реакцию, густо покраснел.
— Ну вот, и другой женоненавистник кончил тем же,— шепнул Бубнович на ухо Джерри.
— Я все понимаю, Розетти,— ответил Тарзан.— Мы все разделяем ваши чувства. Но я давно уже научился убивать только для удовлетворения голода и самозащиты. И научили меня этому те, кого вы называете зверями. Думаю, это хорошие правила. Тот, кто убивает по другим причинам,— ради удовольствия или даже из чувства мести — унижает себя. Такое присуще лишь дремучим дикарям.
— Может, все-таки они не придут больше,— произнесла Кэрри с надеждой в голосе.
Тарзан с сомнением покачал головой.
— Придут. Они почти уже здесь, я их чувствую.
Глава 8
ТУЗЕМЦЫ
Когда Искандр проснулся, солнце светило ему прямо в лицо — это и заставило его открыть глаза. Он приподнялся на локте и увидел, что все его воины храпят, как ни в чем не бывало. Часовой, свернувшись, прикорнул у потухшего костра, а пленницы и след простыл.
Злобное лицо Искандра перекосила гримаса гнева. Он ринулся на часового. Пронзительные крики караульного разбудили остальных спящих.
— Проклятая свинья! — истошно вопил Искандр, колотя тяжелой палкой по голове и телу своей жертвы, закрывавшейся от жестоких ударов.— Мог прийти тигр и всех загрызть! Женщина убежала из-за тебя!