Он лежал и смотрел вслед удаляющимся косматым громадинам, казавшимся совершенно нереальными.
— Что, из огня да в полымя? — произнес вдруг на английском низкий звучный голос.
Старик метнул взгляд на говорившего. Голос оказался знакомый. Лишь теперь Старик узнал этого человека.
— Так это вы вызволили меня из заварухи в храме! — воскликнул он.
— Теперь и я вляпался в заваруху, — отозвался незнакомец.
— Вернее, мы оба, — уточнил Старик. — Как вам кажется, что с нами будет?
— Ничего, — ответил собеседник.
— Тогда зачем я им понадобился?
— Я попросил обезьяну привести сюда человека. Видимо, вы оказались первым, кто повстречался ей на пути. Я и не предполагал, что это будет белый.
— Вы послали обезьяну? Они вас во всем слушаются? Кто же вы и почему вам потребовался человек?
— Я — Тарзан из племени обезьян, и человек мне нужен для того, чтобы размотать проволоку на руках. Обезьяны не сумели.
— Тарзан из племени обезьян! — воскликнул Старик. — А я-то считал вас персонажем местных легенд!
Проговорив это, он принялся разматывать медную проволоку, которая легко поддалась.
— А что стало с белой девушкой? — спросил человек-обезьяна. — Когда вы увели ее из деревни бететов, я не смог вас догнать, поскольку меня схватили эти бесенята.
— Вы там были? Теперь мне все ясно. Значит, стреляли вы?
— Да.
— Как же им удалось схватить вас, и как вы сумели отделаться от них?
— Я затаился на дереве, но, к несчастью, подо мной обломился сук. Упав, я на минуту потерял сознание, а они тем временем связали меня.
— Так вот, значит, что за шум я слышал, покидая деревню?
— Наверное, — промолвил человек-обезьяна. — Я послал за великими обезьянами, и они перенесли меня сюда. А где теперь белая девушка?
— Мы возвращались в лагерь, когда вдруг меня схватила обезьяна, — пояснил Старик. — Девушка осталась одна в джунглях. Я должен спешить к ней.
— Я с вами. Где это произошло? В каком месте?
— Совсем недалеко, в паре миль отсюда, но я не уверен, что смогу найти.
— Тогда я сам найду, — сказал Тарзан.
— Каким образом? — недоверчиво спросил Старик.
— По следам Га-Ята. Они совсем свежие. Старик понимающе кивнул, хотя и сомневался в том, что им удастся отыскать хотя бы один отпечаток лап животного.
Освободив Тарзану руки, он принялся за проволоку на ногах. Спустя миг человек-обезьяна был на свободе и тотчас же вскочил на ноги.
— Пошли! — кинул он и стремительно направился к тому месту, откуда из джунглей вышел Га-Ят.
Старик поспешил следом, но из-за голода и усталости тут же отстал.
— Идите без меня! — крикнул он человеку-обезьяне. — Мне за вами не угнаться, а мешкать нельзя. Она там совсем одна.
— Если я вас оставлю, вы тут же заблудитесь, — возразил Тарзан. — Постойте, придумал!
Тарзан позвал Нкиму, который следовал за ними по деревьям, и обезьянка спрыгнула на плечо своего хозяина.
— Останешься с тармангани, — приказал человек-обезьяна. — Будешь показывать ему дорогу, по которой пойдет Тарзан.
Нкима запротестовал, ибо ему не было дела до этого тармангани, однако в конце концов подчинился. Старик наблюдал за тем, как они переговариваются. То, что они разговаривают друг с другом, казалось невероятным, однако иллюзия была полнейшая.
— Пойдете за Нкимой, — сказал Тарзан. — Он покажет дорогу.
С этими словами Тарзан мгновенно исчез.
Оставшись одна, девушка испытала приступ безысходного отчаяния. После недолгого периода безопасности, с тех пор, как Старик спас ее из деревни пигмеев, ее нынешнее положение казалось особенно непереносимым. Вдобавок ко всему, Кали-бвана переживала потерю ставшего ей родным человека. К ощущению опасности прибавилось также личное горе.
Она глядела на шалаш, выстроенный его руками для нее, и по ее щекам скатились две слезинки. Подняла с земли лук, который он смастерил, и прижалась губами к бесчувственному дереву. При мысли, что им уже никогда не суждено увидеться, она разрыдалась.
Кали-бвана не помнила, когда она плакала в последний раз. Она мужественно держалась перед лицом невзгод и лишений, но теперь заползла в шалаш и предалась безутешному горю.
Вечно она умудрится все напортить!
Поиски Джерри закончились впустую. Хуже того, в эти поиски оказался втянутым совершенно посторонний человек, что навлекло на него смерть, и он не первый, который погиб из-за нее. Преданный Андрайя, которого убили люди-леопарды при ее похищении, Влала, Ребега, затем еще трое воинов-бететов.