У существа была хорошая дикция и произношение коренного англичанина. Несоответствие между его речью и внешностью лишь усиливало отталкивающее впечатление, которое он производил.
— Да, я пришел за девушкой! — подтвердил Тарзан.
— И, как она, стали моим пленником, — захихикало существо.
— Что вам нужно от нас? — Тарзан повысил голос. — Мы не враги и не сделали вам ничего плохого.
— Что мне нужно? О, это очень долгая история. Но я надеюсь, что вы поймете меня правильно. Звери, среди которых я живу, этого не понимают. И пока я не доведу дело до конца, вы останетесь моими узниками, а я получу удовольствие от общения с людьми. Я целую вечность их не видел. Разумеется, от этого моя ненависть к ним не убавилась, но должен признать, что мне будет приятно пообщаться с вами. К тому же вы оба такие красивые. А это очень важно для той роли, которую я вам отвел. Я очень доволен, что девушка хороша собой. Блондинки всегда были моей слабостью. И если бы не другие дела, я занялся бы изучением биологического и психологического воздействия, которое белокурые самки оказывают на самцов всех рас.
Из кармана рубашки он достал пару грубо свернутых сигар и предложил Тарзану.
— Не желаете ли закурить, мистер э-э-э… Оброски? Так, кажется, назвала вас юная леди? Стенли Оброски. Фамилия как будто польская, но на поляка вы не похожи, скорее на англичанина, а значит, мы с вами земляки.
— Я не курю, — отказался Тарзан и тут же спросил: — Кто же вы?
— Вы не представляете, чего себя лишаете, — ответило существо. — Табак превосходно снимает нервное напряжение.
— Нервы у меня в порядке.
— Вам повезло. Но и мне тоже повезло с вами. Молодой, сильный, здоровый, с прекрасным телосложением — возможно ли желать большего. Так что я буду полностью удовлетворен.
— Не понимаю, о чем вы?
— Ну, разумеется! Вы и не можете понять того, о чем знаю я один. Как-нибудь в другой раз объясню. А сейчас я должен понаблюдать из окна за тем, что творится во дворе у короля. Нужно проследить за Генрихом Восьмым. В последнее время он ведет себя неподобающим образом. Он, Сарфолк и Говард. Возьмите мой факел. При свете вам будет намного приятнее, а я хочу, чтобы вы насладились обществом друг друга, насколько это возможно перед… мгм… Ну ладно, до встречи. Будьте как дома.
Он повернулся и пошел назад, хихикая на ходу.
Тарзан рванулся к решетчатой двери.
— Вернись! — приказал человек-обезьяна. — Или ты выпустишь нас из этой дыры, или скажешь, зачем мы тебе понадобились!
Существо резко обернулось с искаженным от гнева лицом.
— Что? Приказывать мне?
— А почему бы и нет? — спокойно возразил Тарзан. — Кто ты такой?
Существо сделало шаг в их сторону и ударило себя кулаком в грудь. — Я — бог!
XXV. «ПРЕЖДЕ, ЧЕМ Я УБЬЮ ТЕБЯ!»
Человек, назвавшийся богом, вышел из соседнего помещения и закрыл за собой дверь. Тарзан повернулся к девушке, продолжавшей сидеть на соломе в своем углу.
— За свою жизнь я перевидал немало диковинного, — произнес он, — но такое со мной впервые. Порой мне кажется, что все это происходит во сне.
— Я тоже так сперва думала, — откликнулась девушка, — но, увы, это ужасная непостижимая реальность.
— Включая бога? — спросил он.
— Да, даже бог является реальностью, — ответила она. — Это бог горилл. Они все его боятся, и большинство верит ему безоговорочно. Они утверждают, что он их создал. Этого я не понимаю. Какой-то жуткий кошмар.
— Как по-твоему, что он намерен сделать с нами?
— Не знаю, но уверена, что нас ожидает нечто ужасное, — ответила она. — В городе полно горилл, но никто из них ничего толком не знает о том, что происходит в замке бога. Знают только, что сюда периодически приводят молодых самок и самцов, после чего они бесследно исчезают.
— И давно ты здесь?
— В этом замке со вчерашнего дня, а до этого больше недели пробыла во дворце короля Генриха Восьмого. Тебе не кажется, что кощунственно давать зверям такие имена?
— После того, как я встретил Бэкингема, и услышал, что он говорит на английском, меня уже ничем не удивишь.