— Ты поведешь их на штурм королевского дворца, и они отобьют девушку.
XXIX. СМЕРТЬ НА РАССВЕТЕ
Ронду Терри разбудил внезапный шум. Вокруг раздавались крики, звериное рычание, грохот. По комнате беспокойно метались самки из гарема Генриха, издавая в панике низкие утробные вопли, но не эти звуки помешали сну девушки, а те, что доносились со двора и из соседних помещений.
Ронда вскочила на ноги и подбежала к окну. При виде ее Екатерина Арагонская гневно оскалила клыки.
— Это опять за ней! — прорычала она.
Внизу Ронда при свете факелов увидела толпу сражавшихся насмерть горилл и схватилась за сердце, ибо в самой гуще заметила Стенли Оброски, прокладывающего себе путь к дворцовым воротам. В первый миг ей показалось, что он один против полчищ зверей, но вскоре она обнаружила, что у него немало союзников. Рядом с Оброски находился бог горилл с веревкой на шее. Теперь все помыслы девушки сосредоточились на Оброски.
За спиной Ронды все громче и громче негодовали самки, и тут девушка услышала гневный голос старой королевы.
— Это из-за нее все неприятности, — выпалила Екатерина Арагонская. — Не будь ее, мы жили бы спокойно.
— Вот и убей ее! — воскликнула Анна Клевская.
— Убей ее! — подхватила Анна Болейн. Девушка повернулась к ним лицом и увидела надвигающихся на нее свирепых косматых чудовищ, которые могли расправиться с ней в считанные секунды. Несоответствие между их человеческой речью и звериной внешностью поразило Ронду в этот момент, как никогда ранее.
Но тут ее загородила собой Екатерина Парр.
— Не троньте ее, — крикнула она. — Безволосая не виновата в том, что находится здесь.
— Смерть обеим! Смерть Парр! — завопила Екатерина Говард.
Остальные вторили ей в унисон:
— Смерть обеим!
Говард набросилась на Парр, и обе с жуткими воплями впились друг в друга желтыми клыками. Остальные двинулись на Ронду Терри.
Бежать было некуда — самки загораживали собою дверь, а окна были забраны решетками. Ронда искала какой-нибудь предмет, чтобы отбить нападение, но под рукой ничего не оказалось. Увернувшись, она отбежала от нападавших, понимая, что долго так не продержится.
Вдруг распахнулась дверь, и в комнату вошли три огромные гориллы.
— Его величество король! — объявил один из вошедших.
Самки в страхе отскочили от Ронды. И только Говард и Парр продолжали кататься по полу, ничего не услышав.
В комнату тихо вступил Генрих VIII.
— Прекратить! — приказал он.
Подойдя к дерущимся, он разнял их пинками.
— Где безволосая? — рявкнул король. Тут его взгляд обнаружил Ронду, стоявшую с затравленным видом среди самок.
— Иди сюда! — скомандовал он. — Бог опять явился за тобой, но ему тебя не видать! Теперь ты моя!
— Пусть забирает ее, Генрих! — закричала Екатерина Арагонская. — От нее одни неприятности.
— Молчи, женщина! Иначе отправишься в Тауэр на плаху! — пригрозил король.
Шагнув вперед, он схватил Ронду за руку, словно пушинку взвалил к себе на плечо и стремительно направился к двери.
— Вы останетесь здесь, Сарфолк и Говард. Задержите неприятеля, чтобы я смог уйти.
— Разрешите сопровождать вас, сэр, — попросил один из них.
— Нет! Выполняйте приказ, а затем следуйте за мной в северный конец долины к каньону, где течет восточный рукав Темзы.
Король развернулся, зашагал по коридору и зашел в угловую комнату. Там он поднял замаскированный люк.
— Теперь они нас не догонят, моя красавица, — сказал он. — Эту идею я позаимствовал у самого бога, но он об этом и не подозревает.
Король проворно спустился вниз и там в кромешной темноте пошел по длинному подземному коридору, двигаясь на ощупь.
Через некоторое время потянуло свежим воздухом. Генрих опустил Ронду на землю и зашарил над головой. Затем раздался скрежет, словно отодвигали тяжелый предмет, и на девушку хлынул поток ночной прохлады. В вышине сияли звезды. Через несколько минут король с Рондой выбрались наружу, на берег реки у подножия высокой скалы, и Генрих поставил на место огромный плоский камень, закрывавший вход в туннель.