Справа от гостиной располагалась просторная спальня, где под радиолу танцевали несколько парочек, другие устроились в креслах и на диванах. Все пили. Всюду звучал смех и шутки.
— Вечеринка в полном разгаре, — заметил Броук и смело вошел в комнату.
— Всем привет! — крикнул он. — Где тут выпивка? За мной, друзья!
Он двинулся по комнате танцующей походкой. С дивана поднялся мужчина средних лет с сединой на висках и подошел к Рису со слегка смущенным выражением лица.
— Простите, но я вас не… — начал было он, но его грубо прервал Броук.
— Все о'кей, старина, извини за опоздание. Пожми руку мистеру Рису и мистеру Клейтону из Лондона. Как там насчет коктейля?
Не дожидаясь ответа, он направился в сторону кухни, следом за ним Рис и, судя по всему, хозяин дома. Клейтон заколебался, не заметив особого энтузиазма у седовласого мужчины.
Тут к нему подошла, слегка покачиваясь, высокая блондинка.
— Где вы пропадали, мистер э-э-э…
— Клейтон, — подсказал он.
— Потанцуем? — спросила блондинка. Когда они закачались в ритме танца, она сообщила:
— Мой приятель вырубился, и его пришлось уложить в постель.
Она болтала без умолку, но Клейтону все же удалось спросить, знакома ли она с Рондой Терри.
— Ронда? Ну конечно. Но она сейчас на Самоа, снимается в новом фильме своего мужа.
— Своего мужа? Так она замужем?
— Ну да. Ее муж Том Орман, постановщик. Так вы ее знаете?
— Да, встречался как-то раз, — ответил Клейтон.
— После внезапной смерти Стенли Оброски она была жутко подавлена, но потом все забылось, и она вышла за Тома Ормана. Да, Оброски произвел тогда фурор. Знаешь, до сих пор ходят легенды о том, как он одной рукой расправлялся со львами и гориллами.
Клейтон вежливо улыбнулся.
После танца она потащила его к дивану, на котором сидели двое мужчин.
— Эйб! — обратилась она к одному из них. — Этот человек — находка для вас. Познакомьтесь, мистер Клейтон. Эйб Поткин. Дан Пуант, знаменитый сценарист.
— Мы обратили на него внимание, — сказал Поткин.
— Берите его, не сомневайтесь, — посоветовала девушка. — Лучшего Тарзана вам не найти.
— У него другой типаж, но я приметил его, — сказал Поткин. — Что скажешь, Дан?
— Он соответствует моему представлению о Тарзане, и у него прекрасная фигура, а это то, что нужно, — отозвался Пуант.
— Он никому не известен, а ты сам говорил, что нам нужно громкое имя, — сказал Поткин.
— С ним будет играть в главной роли Эра Диссент, платиновая блондинка. Она сексапильна, и у нее громкое имя. У меня идея! Я закручу сюжет вокруг Диссент и красивого юноши, введу вторую женщину и еще одного красавчика с громким именем, а Клейтона мы используем в сценах с обезьянами для создания антуража.
— Неплохая идея, Дан. Куча секса, любовный треугольник, но нам нужно что-то совсем иное.
— Так или иначе, но этот парень нам пригодится, — проговорил Пуант.
— А что вы думаете по этому поводу, мистер Клейтон? — осведомился Поткин с насмешливой улыбкой. В этот момент в комнату ворвались Рис и Брук с бутылками в руках. Следом за ними показался перепуганный хозяин.
— Выпьем, друзья, — призвал Броук, — а то вы что-то закисли.
Они прошлись по комнате, наполняя бокалы чистым виски или джином, а иногда и вперемешку. Время от времени они останавливались и отхлебывали прямо из бутылок. Наконец они исчезли в холле, разыскивая пустые стаканы.
— Ну так как? — вернулся к прерванному разговору Поткин.
Клейтон вопросительно взглянул на него.
— О чем вы?
— Я собираюсь поставить фильм о джунглях, — пояснил Поткин. — У меня контракт на фильм о Тарзане, и мне нужен Тарзан. Завтра сделаем пробу.
— Вы считаете, что я справлюсь с ролью Тарзана из племени обезьян? — с легкой улыбкой на устах поинтересовался лорд Клейтон.
— Вы не совсем тот, кто нам нужен, но, может, подойдете. Мистер Пуант напишет потрясающий сценарий. Вы прославитесь, да еще как. Будете обязаны мне по гроб жизни. Вы мне понравились, мистер Клейтон, и я согласен платить вам по пятьдесят долларов в неделю. Так вы придете завтра утром в студию пробоваться на роль?
Клейтон поднялся.
— Я должен подумать, — сказал он и отошел в противоположный угол.
Тут из гостиной выбежала красивая молодая женщина, за которой гнался Броук.
— Отстань, нахал! — кричала она. Седой хозяин подскочил к Броуку.
— Оставьте мою жену в покое, — потребовал он, — и убирайтесь из моего дома!