Орандо стал настороженно наблюдать за своим спутником, отмечая всякое изменение в выражении лица — от звериного исступления и спокойному достоинству, характерному для его мушимо.
Охотник увидел, что обезьянка, которая на время схватки укрылась на дереве, заняла свое место на плече хозяина, и решил, что судя по этому, опасность миновала и с некоторой робостью подошел ближе.
— Мушимо, — несмело обратился он, — ты появился вовремя и спас жизнь Орандо. Отныне она — твоя!
Белый молчал. Казалось, он пытается что-то вспомнить. В глазах снова появилось непонятное отстраненное выражение.
— А, вспомнил, — вдруг сказал он. — Ты спас мне жизнь. Много лет тому назад.
— Это было сегодня утром, мушимо. Белый помотал головой и потер лоб.
— Сегодня утром, — задумчиво повторил он. — Верно, и мы собирались поохотиться. Я проголодался. Пора на охоту. Пошли.
— Мы упустили беглеца, — сказал Орандо. — Ведь мы собирались выследить, где живут люди-леопарды, чтобы мой отец привел туда воинов утенго.
— Сперва побеседуем с мертвецами, — отозвался мушимо. — Поглядим, что они нам скажут.
— Ты умеешь разговаривать с мертвыми? — спросил Орандо дрогнувшим голосом.
— Мертвые не могут говорить, — уточнил мушимо, — однако смогут кое-что прояснить. Давай осмотрим вот этого.
После беглого осмотра первого из свежих трупов людей-леопардов он продолжал:
— Из двух молодых этот самый высокий. Вон тот — длинный, худой, а третий, кого ты убил копьем, хромой старик. Итак, эти трое поведали нам, что сбежал молодой, что пониже ростом.
Затем он внимательно осмотрел каждый труп, изучая украшения и оружие, после чего высыпал на землю содержимое их сумок и стал изучать его еще более внимательно, особенно амулеты. В большом узле, принадлежавшем хромому старику, он обнаружил куски человеческого мяса.
— Теперь совершенно ясно, что Ниамвеги убили они, — сказал Орандо. — Эти куски вырваны из его тела.
— Я и не сомневался, — проронил мушимо. — Трупы сказали мне о другом.
— О чем же, мушимо?
— Стертые зубы поведали мне о том, что они — людоеды. Амулеты и содержимое сумок — о том, что они обосновались на берегу большой реки. Они рыболовы и больше всего на свете боятся Гимлы-крокодила. О первом сказали мне найденные среди их вещей крючки, о втором — амулеты. А по украшениям, оружию и татуировке на лбах и подбородках я определил их племя и место обитания. Нам нет нужды преследовать беглеца, его спутники рассказали мне, куда он отправился. Теперь мы можем и поохотиться, а после наведаемся в деревню людей-леопардов.
— Благодаря моей утренней молитве, ты уберег меня от гибели, — подытожил Орандо, — а если теперь ты подгонишь ко мне животных и я добуду мясо, все, о чем я просил, исполнится!
— Животные ходят, где им вздумается, — ответил мушимо. — Я не могу привести их к тебе, зато могу отвести тебя к ним, а там, возможно, и подогнать их к тебе. Пошли.
Мушимо повернулся и, убыстряя шаг, двинулся по тропе, по которой они преследовали людей-леопардов. Орандо не сводил глаз с могучих плеч мушимо, на одном из которых примостился дух Ниамвеги. Так они молча шли около получаса. Вдруг мушимо остановился.
— Внимание, только не суетись, — объявил он. — Я чую сильный запах антилопы Ваппи. Обойду ее по деревьям, она почует меня и побежит в твою сторону. Приготовься!
С этими словами мушимо скрылся среди нависавшей зелени леса. Орандо остался один, преисполненный удивления и восхищения. Еще он испытывал самодовольную гордость от сознания того, что он обзавелся таким мушимо, каким не мог похвастать никто из его знакомых.
Орандо желал скорейшего окончания охоты, чтобы побыстрее оказаться в родной деревне, где он собирался небрежно представить всем свое новое чудесное приобретение и упиваться затем всеобщим восхищением и завистью. Конечно, неплохо быть сыном вождя, еще лучше — самим вождем либо колдуном, но иметь осязаемого мушимо, с которым можно поговорить и поохотиться… о, это триумф, затмевающий все, что только может выпасть на долю человека!
Вдруг мечтательный настрой Орандо оборвал легкий шум, вернее, шорох, но для слуха охотника и этого было достаточно. Ни вы, ни я его даже не услышали бы, а если и услышали, то не смогли бы истолковать. Однако до ушей Орандо он донес весть, столь же приятную, как печатная страница для наших с вами глаз. Этот звук сказал охотнику, что в его сторону бежало копытное животное, но еще не во всю прыть.