Вооруженных рабов поставили в первую линию, чтобы на них обрушился удар нападающих.
— Вот и пришло наше время, — прошептал Даттону лже-Тарзан. — Пойдем к хижине Сандры и во время общей схватки попытаемся увести ее отсюда.
Тарзан отдавал команды, которых ждали воины Амельтео. По его сигналу зазвучали трубы и раздались воинственные кличи. Воины подгоняли наконечниками копий своих буйволов, которые обезумев от боли и страха, понеслись прямо на деревню. Следом за ними двигались Тарзан, Чилтерн и группа огромных обезьян.
Когда стадо взбесившихся буйволов ворвалась в деревню, там возникла паника. Лже-Тарзан подбежал к хижине Сандры и позвал ее, но ответа не последовало.
Девушка находилась там, где бросил ее султан Али.
Некоторые из галла пытались защищаться, бросая в буйволов копья и горящие факелы, но большинство вместе с женами и детьми кинулись прочь из деревни, но тут же попадали в лапы обезьян Уиго и Мал-Гэша.
Сандра услышала крики амельтеосов, подгонявших буйволов, и поняла, что через пару минут она снова окажется в плену.
Девушка увидела небольшой промежуток в стаде, которое неслось прямо на нее, и ринулась туда, надеясь убежать из деревни. Тут ее заметил лже-Тарзан и бросился за ней, а следом понесся и Даттон.
Лже-Тарзан вскоре догнал ее и схватил за руку. Так они продолжали бежать среди буйволов, пока не очутились за границами деревни.
В сплошной темноте они спешили вперед, подгоняемые ревом буйволов и криками солдат. Постепенно звуки становились все глуше. Вдруг Сандра испуганно оглянулась.
— За нами кто-то гонится.
— Это Даттон, — успокоил ее лже-Тарзан. Сандра остановилась и крикнула:
— Пелхэм! Это действительно вы?
Радость, звучавшая в ее голосе, подействовала на ее спутника, как холодный душ. Он давно догадался, что Даттон любит Сандру и вполне мог рассчитывать на ее взаимность. Однако он ничем не выдал своего переживания.
Даттон бросился к ней с распростертыми объятиями.
— О, Сандра! Что вам пришлось пережить! Теперь все позади! Возможно, нам удастся вырваться из этой проклятой страны.
Они двинулись дальше сквозь ночь. Сандра и Даттон оживленно рассказывали друг другу о том, что приключилось с ними после того, как они расстались.
Они казались безмерно счастливыми, а идущий позади них человек глубоко переживал.
XXII
БЕГСТВО
Участь галла была решена, когда стадо буйволов промчалось по деревне. Затем в нее вступили войска Озориса да Серра. Там они встретили Тарзана, который не нашел ни девушки, ни человека, приговоренного им к смерти.
Начинать поиски ночью было бесполезно, зато амельтеосы обнаружили султана Али, скрывшегося в своем доме. Да Серра приказал отвести его в Амельтео, чтобы триумф победы был полным.
Победители расположились в захваченной деревне, как у себя дома, и принялись за угощения, приготовленные к свадьбе.
Тарзан созвал своих обезьян и велел им возвращаться назад. Даже он не мог задерживать их столь долгое время. Когда они покинули деревню, воины-амельтеосы облегченно вздохнули.
— А что дальше? — спросил Чилтерн. — Кажется, для меня сейчас самое подходящее время удрать? Тарзан кивнул.
— Скоро пойдем. Я только еще раз осмотрю деревню, чтобы убедиться, что того человека, которого я ищу, здесь нет.
— Неужели вы пришли в эту страну только за тем, чтобы найти самозванца и отомстить ему? — спросил Чилтерн. — Но ведь это убийство!
— А когда вы раздавите ядовитого паука, вы тоже называете это убийством? — возразил Тарзан. — Для меня этот человек все равно что паук.
— Должно быть, он здорово насолил вам?
— Именно так. Он украл мое имя и стал похищать женщин и детей, восстановив тем самым против меня моих друзей-туземцев.
— А как он себя называл?
— Тарзан из племени обезьян.
— Невероятно, — покачал головой Чилтерн. Тарзан еще раз обошел деревню, но никаких следов девушки или самозванца обнаружить не удалось. Затем он вернулся к англичанину, и они незаметно покинули деревню, не привлекая к себе внимания.
— Знаете, — обратился Чилтерн к Тарзану, — мне почему-то казалось, что все деревни обнесены заборами.
— Тут дело обстоит иначе, — отозвался Тарзан. — Мне объяснил да Серра. У галла только один враг — амельтеосы, и на протяжении четырех столетий правила ведения войны не менялись. Амельтеосы шли по равнине, трубя и выкрикивая боевые кличи. Галла выходили из деревни и встречали их. Бой считался состоявшимся, если несколько человек погибали, а несколько попадали в плен. Затем все расходились по домам. Идея напасть на деревню принадлежит мне, иначе я никак не мог найти девушку и самозванца.