— Они боятся, бвана,— ответил чернокожий.
— Боятся? Чего? — переспросил Стабук, хотя все прекрасно понял.
— Боятся банды, бвана. Трое уже сбежали из экспедиции вчера ночью!
— Они нам не нужны,— резко ответил Стабук.— Груза становится меньше.
— И другие убегут,— сказал вождь.— Они все боятся.
— Они лучше бы меня боялись,— пригрозил Стабук.— Если еще кто-то убежит, то я...
— Они не боятся вас,— возразил вождь.— Они боятся банды и белого человека, их главаря. Они не хотят быть проданными в рабство далеко в чужие страны.
— Неужели ты веришь в те небылицы, ты, черный мошенник? Это для ленивых мерзавцев просто причина повернуть обратно. Они хотят домой, где могут бездельничать, грязные собаки. И я понял, ты такой же, как и они. Кто сказал тебе, что ты вождь? Если бы ты был вождем, ты бы вел их вперед, не теряя времени. И мы бы не говорили о возвращении назад, и никто бы не убегал.
— Да,— кивнул, соглашаясь, чернокожий. Но то, о чем он думал, не высказал вслух.
— А сейчас слушай меня,— прорычал Стабук, но то, что он хотел сказать, никто никогда не услышал.
Его прервал один из носильщиков, который вдруг испуганно вскочил на ноги, издав крик, исполненный ужаса.
— Посмотрите! — закричал он, указывая на запад.— Банда!
На фоне неба на вершине одного из холмов появилась группа всадников. Они находились в миле от наблюдавших. Расстояние было слишком большим, чтобы различить детали, но появление всадников убедило чернокожих, что это та самая банда, о которой они слыхали столько ужасных подробностей. Слухи о жестокости разбойников наполнили их души страхом, возраставшим с каждым днем. Белые одежды, развевающиеся на ветру на вершине холма, ружья и копья, сверкавшие даже на расстоянии, не позволяли сомневаться в истинных намерениях всадников. Паника поднялась в экспедиции Стабука.
Люди застыли, пристально всматриваясь в зловещие фигуры, символизирующие беду, поджидавшую их на вершине холма. Неожиданно один из негров подбежал к грузу, который был разложен вокруг на время дневной стоянки, подзывая на бегу своих товарищей.
Все рванулись к грузам.
— Что они делают? — закричал Стабук.— Остановите их!
Вождь и погонщики быстро подбежали к носильщикам, многие из которых уже взгромоздили груз на плечи и готовились отправиться в обратный путь. Вождь попытался остановить их, но ©дин из носильщиков, огромный, сильный парень, сшиб его с ног ударом мощного кулака. Потом другой, взглянув на восток, закричал пронзительным от ужаса голосом:
— Смотрите, они спускаются!
Те, кто услышал его, повернулись, чтобы посмотреть на всадников в развевающихся на ветру одеждах, несущихся галопом вниз по склону холма.
Этого было достаточно. Носильщики, погонщики и вождь, все как один бросились бежать. Те, у кого был груз, сбросили его на землю, чтобы он не мешал удирать.
Стабук остался один. Какое-то мгновение он колебался: бежать ему или нет, но тут же понял бесполезность такой попытки.
С громкими криками всадники налетели на лагерь и, увидев Стабука, стоящего в одиночестве, остановились перед ним. Грубые лица, злодейский вид... Похожие на дьяволов всадники могли заставить самое храброе сердце почувствовать страх. Их глава обратился к Стабуку на незнакомом наречии, но выражение угрюмой физиономии было таким угрожающим, что русскому не надо было знать язык, чтобы понять опасность, заключенную в тоне и злой гримасе. Но Стабук отбросил страх и встретил головорезов со спокойным хладнокровием, которое навело их на мысль о его могуществе.
Возможно, он был главой большого отряда белых людей.
Бандиты оглянулись вокруг, как будто эта мысль была высказана кем-то из членов шайки. Они хорошо знали характер и оружие белых и боялись их. Несмотря на свои сомнения, бандиты смогли оценить трофеи в лагере, бросив взгляд на груз, оставленный носильщиками, которые во все лопатки улепетывали туда, где стеной поднимались спасительные джунгли. Фигурки бегущих негров еще были хорошо видны.
Отбросив бесполезные попытки быть понятым белым человеком, глава шайки вступил в жаркий спор с несколькими своими людьми, и когда один из них, гарцующий на коне рядом с ним, поднял карабин и прицелился в Стабука, главарь ударил по прикладу его ружья и отругал его в весьма резких выражениях. Затем он отдал несколько приказаний, в результате чего человек пять остались охранять Стабука, а другие спешились и стали навьючивать груз на своих лошадей.