День был жаркий, и к полудню «Стрелок» устал, вспотел и возмущение клокотало в нем. Особенно он проклинал Африку, которая, по его словам, была местом обитания Дьявола.
— Я совсем выдохся,— ворчал он.— И почти совсем не продвинулся вперед. Я топал шесть часов, на такси такое расстояние можно преодолеть за двадцать минут. Конечно, в Африке нет полицейских, но, увы, здесь нет и такси.
— Да, господин,— поспешно согласился Обамби, не вслушиваясь толком в бормотание белого бваны.
— Заткнись,— прорычал Денни.
Они сидели в тени дерева на склоне горы и завтракали. Неподалеку, немного ниже того места, где они устроили привал, склоны гор переходили резко в скалу высотой в пятьдесят футов, которая закрывала им обзор деревни, расположенной у ее подножия. Они также не видели Тарзана, спрятавшегося в кустах на самом краю скалы. Он сидел спиною к ним и из своего укрытия наблюдал за деревней внизу.
Здесь, по мнению наблюдателя, находился тот, кого он искал, но он хотел убедиться в этом, а для этого требовалось несколько дней пристальной слежки.
Время значило мало или совсем ничего для Тарзана,— так же, как оно безразлично любому зверю в джунглях. Он часто возвращался на это место и наблюдал за жизнью в деревне. Ранo или поздно он раскроет правду. У него возникло подозрение, что один из белых людей, которых он заметил в поселке внизу, был работорговцем, из-за которого он и пришел сюда с севера. Итак, подобно хищному льву, Тарзан притаился, следя за своей добычей.
А внизу Доминик Капитьеро и Леон Стабук сидели, развалясь в тени деревьев рядом с хижиной работорговца, в то время как дюжина девушек-рабынь ожидала, пока белые закончат свой поздний завтрак.
Стакан огненной бодрящей жидкости поднял их настроение, которое сильно подпортила вчерашняя неумеренная попойка, хотя и сейчас нельзя было сказать, что оба были в хорошей форме.
Капитьеро был сегодня даже более угрюм и придирчив и изливал свою злобу на несчастных рабынь, а Стабук завтракал в молчании, которое он наконец, прервал, перейдя к теме своей поездки.
— Мне нужно добраться до южной части страны, там я смогу узнать все о человеке-обезьяне.
— Почему ты так торопишься отыскать его? — спросил Капитьеро.— Тебе не нравится мое общество?
— Дело — прежде всего.
— Да, это так! — согласился Доминик.
— Я навещу тебя еще раз, когда вернусь с юга,— сказал Стабук.
— Ты можешь не вернуться.
— Я вернусь, Питер Зверев должен быть отомщен. Препятствие на пути к нашей цели должно быть устранено!
— Человек-обезьяна убил его? Зверева?
— Нет,, женщина, которая была с ним, застрелила его,— ответил Леон.— Но человек-обезьяна, как ты его называешь, виновен в провале всех планов Зверева и, таким образом, косвенно и в его смерти.
— Ты считаешь, что тебе повезет больше, чем Звереву? Желаю удачи, но не завидую тебе. Этот Тарзан опасен как лев с разумом человека. Он жесток. Он ужасен. Он силен в своей стране!
— Я найду его во что бы то ни стало,— сказал. Стабук уверенно.— Если будет возможно, я убью его в тот же миг, как увижу, до того, как он в чем-то заподозрит меня. Если не смогу этого сделать, то завоюю его доверие и дружбу, а затем покончу с ним. До того, как он что-то заподозрит. '
Их хриплые голоса слышны были далеко, и хотя Стабук вел разговор не на повышенных тонах, наблюдатель, притаившийся на вершине скалы, улыбался, вслушиваясь в его речь, если мрачный блеск великолепных зубов под приподнявшейся верхней губой можно было назвать улыбкой.
Так вот почему человек из Вэссии, о котором говорил ему Голоба, вождь, расспрашивал о нем!
У Тарзана было подозрение насчет странного путешественника, и он был рад заполучить доказательства.
— Я буду счастлив, если ты убьешь его,— сказал Капитьеро.— Он помешает моему делу, если узнает о нем. Это негодяй, не дающий людям зарабатывать деньги.
— Считай, что его уже нет в живых,— заверил Стабук работорговца.— Он уже мертвец! Обеспечь меня людьми, и я как можно быстрее двинусь в путь на юг.
— Мои головорезы уже седлают коней, чтобы поехать и найти чернокожих людей для твоего отряда,— сказал Капитьеро, указывая рукой в направлении дома, около которого два десятка бандитов возились у коновязи, готовясь к налету на отдаленную деревню.
— Да сопутствует им удача,— усмехнулся Стабук.
— Я надеюсь... Но что это? — воскликнул Капитьеро, вскочив на ноги; камни со скалы и тяжелый пласт земли гулко рухнули позади хижины.