Проанализировав эти факты, леди Барбара решила, что в безопасности может дожидаться темноты, а затем следует добраться до поселка.
Появление ее днем вызовет только новое пленение и тщетность помочь Иезавель. Оно лишь даст Пророку две жертвы вместо одной.
Звуки над ее головой замолкли. Она услышала, как постепенно замерли вдали проклятия женщин, а это означало, что люди возвращались в деревню. Барбаре было холодно сидеть под скалой в мокрой одежде, прилипшей к телу. Она вошла в воду и поплавала вдоль берега, пока не нашла место, где могла вылезти из воды и полежать, нежась в приятной теплоте солнечных лучей.
Леди Барбара отдыхала несколько минут, затем подняла глаза и осмотрела берег. Невдалеке она увидела женщину, лежащую ничком, которая пыталась подняться и вновь, как подкошенная, валилась лицом в пыль. Она, очевидно, была очень слаба и измучена. Леди Барбара поняла, что она является свидетельницей одного из тех ужасных последствий падучей болезни — пытки, к которой были приговорены почти все жители деревни. Около несчастной женщины лежали и другие люди. Некоторые лежали спокойно, другие корчились, а поглядев в направлении деревни, англичанка увидела несколько человек, которые уже преодолели значительную часть пути.
Лежа очень тихо, леди Барбара наблюдала за людьми и поджидала, когда последний из несчастных придет в себя и сможет отправиться домой.
Она была одинока в своем укрытии. Ее одежда все еще была сырой и доставляла неудобства. Барбара быстро сняла ее и разложила сушиться на горячих камнях, а сама наслаждалась теплом солнечных лучей.
Когда солнце опустилось на западную кромку кратера, одежда высохла, и с наступлением темноты Барбара Коллинз сидела уже одетая, ожидая, когда совсем настанет ночь. Внизу, у ее ног, плескались воды озера Киннарет, вверху она могла видеть очертания деревни Северных Мидиан, где жили «прекрасные люди», о которых мечтала Иезавель.
Без сомнения, думала леди Барбара, принц, являвшийся в мечтах Иезавель, был похож на бородатого Адониса с сучковатой дубинкой в руках, но даже его нельзя ставить в один ряд с омерзительными выродками из ее родной деревни. И горилла покажется предпочтительней по сравнению с ними.
Когда наступила ночь, девушка увидела, как слабые огоньки начали мерцать в северной деревне. Несомненно, это были костры для приготовления пищи.
Она встала и посмотрела уже в другую сторону, в сторону деревни Авраама, сына Авраама, Иова, Тимоти и Иезавель — места, где ее поджидала опасность, а возможно, и смерть.
Когда Барбара Коллинз шла по знакомой дороге в деревню, ее мысли были заняты казавшейся безнадежной, невыполнимой задачей, стоявшей перед нею, а в душе поселился страх темноты и одиночества в этой чужой и негостеприимной земле. Иезавель говорила ей, что в их долине почти не встречаются опасные животные, но Барбаре все время чудились странные силуэты в темноте, слышались шаги позади нее и чье-то прерывистое дыхание. А настоящая опасность, более ужасная, была впереди, и казалась куда страшнее, чем когти животного..
Она вспомнила, что люди, побывавшие у льва в лапах, говорили, что не чувствовали боли и почти не испытывали страха в те мгновения. Она знала о существующей теории, что все плотоядные животные свои жертвы убивают быстро и безболезненно. Интересно, почему же только человек из всех живых существ, населяющих землю, столь жесток?
Вот сейчас она приближалась к деревушке, переходя от возможности нападения со стороны милостивых животных к уверенности в нападении на нее безжалостных людей, если она попадется им на глаза.
Чтобы избежать этого, леди Барбара пошла по окраине деревни и пришла к подножию скалы, где были расположены пещеры и где она надеялась найти Иезавель, и, возможно, отыскать способ освободить ее.
Она взглянула на скалу, которая казалась совершенно пустой, ибо большинство жителей собрались группами у костров, готовя скудную пищу. Они часто варили еду всем скопом, при этом сплетничали, молились, рассказывали случаи, происходящие с ними, делясь откровениями, снизошедшими на них. Они все получали наставления от Иеговы, когда беседовали с ним,— так объясняли жалкие выродки свой приступы эпилепсии.
Люди с большим воображением могли бы поведать удивительнейшие истории. Но так как все жители деревни, за редкими исключениями, были слабоумны, то Иегова в их изображении, как успела удостовериться, слушая их признания, леди Барбара, не представлял собой ничего особенного. Их сплетни, как и прочие рассказы, были неинтересны, убоги. Каждый старался придумать какую-нибудь скандальную или еретическую историю из жизни своих собратьев, и если после поведанного палец Пророка или апостолов указывал на одного из действующих лиц вымышленной истории, это означало, что Иегова получит очередную жертву.