— Глупцы! — простонал он.
— О чем они толкуют? — спросил Крамп. — Никак не могу понять.
— Они говорят, что теперь вы их пленники и приказывают бросить ваши винтовки. Если вы хотите с ними поговорить, попробуйте на суахили, возможно, они и поймут.
— Мы друзья, — сказал Крамп, — мы хотим пойти с вами в вашу деревню и поговорить с вашим вождем. Воины плотнее обступили их.
— Вы пойдете с нами, — сказал предводитель, и в тот же миг винтовки были вырваны из их рук, — но пойдете как рабы. Возьмите эти тюки, другим рабам нужно отдохнуть.
— О, какие же вы глупцы, — бросил англичанин.
— Постойте, — заупрямился Крамп, — вы не имеете права так поступать. Я же сказал, что мы друзья. Мы не рабы!
— Берите тюки, — повторил предводитель, одновременно подталкивая Крампа копьем.
Дрожа от напряжения, Крамп взвалил на спину огромный тюк, и Мински сделал то же самое.
— Куда они нас ведут? — спросил Мински.
— В крепость Амельтео, — ответил англичанин.
— Что это за место? — поинтересовался Крамп.
— Я там никогда не бывал, — отозвался Болтон-Чилтерн, — два года назад меня пленили галла, живущие в деревне над плато, где находится Амельтео. Я видел замок издали, но никогда там не бывал. Пару недель тому назад мы с несколькими воинами галла спустились в рудники и наткнулись вот на этих. После короткой схватки я оказался в плену. Галла относились ко мне совсем неплохо. Это простые добродушные туземцы, а вот об этих я слышал немало жутких рассказов. Их религия требует человеческих жертвоприношений, и, кроме того, они бросают людей на съедение львам. Если бы вы не поступили так глупо, то сами бы в плен не попали и меня бы спасли.
— Это все вот этот умник, — зло бросил Мински, указывая на Крампа. — Мы бы и сами смогли вас выручить, так нет, захотелось ему узнать, где золотые рудники.
Болтон-Чилтерн горько усмехнулся.
— Скоро узнает. Он будет там работать под палящим солнцем, подобно рабу на галере. Когда он пройдет через этот ад, ему на золото и смотреть не захочется.
— Я непременно использую свой шанс, — огрызнулся Крамп, — и вовсе не собираюсь торчать здесь два года.
Некоторое время они шли молча, а потом предводитель расположил колонну воинов и рабов с интервалом в пять футов.
— В чем дело? — поинтересовался Мински, — похоже, мы приближаемся к полю боя?
— Да, — ответил англичанин, — по-видимому, они что-то почувствовали, но не хотят уходить с этой тропы, которая хорошо замаскирована.
Снова наступила тишина, и снова ее прервал Мински.
— А что в этих проклятых тюках? — спросил он.
— Соль и железо, — пояснил англичанин. — Мы носим золото вниз к уарутури и меняем его на соль и железо. Это происходит несколько раз в году.
Когда лес кончился, они вышли на хорошо утоптанную тропу, ведущую прямо к горам, но воины не пошли по ней.
— Галла говорят, что эта тропа для дураков, — сказал Болтон-Чилтерн, — иногда амельтеосы взбираются по этой скале, но это очень опасно. Есть и другой путь на плато, но они держат его в глубокой тайне. Если вы хотите убежать, внимательно смотрите по сторонам и запоминайте местность. Я делал это, когда спускался вниз, и собираюсь делать то же самое и теперь.
— Так значит, хоть какая-то надежда на спасение есть? — спросил Мински.
— Надежда умирает последней, — ответил англичанин.
XVII
КОРОЛЬ ВСЕХ ОБЕЗЬЯН
Битва под Амельтео скоро закончилась. Защитники замка отбили все атаки нападающих со стороны леса. Когда враг напал на деревню, главные ворота раскрылись, и из крепости выехали пятнадцать колесниц с воинами, возглавляемыми Озорисом да Серра.
Быстро выстроившись в цепь, они бешеным галопом понеслись на воинов галла, которые обратились в бегство, успев однако поджечь несколько хижин и прихватить с собой с десяток жителей в качестве пленных.
Озорис да Серра не преследовал убегающих — таковы были правила ведения боевых действий, сложившиеся за несколько веков.
Такие неожиданные нападения придавали жизни мусульман и христиан остроту и давали выход их агрессивности.
Амельтеосы любили носить кирасы и шлемы, а также мушкеты, патроны к которым были израсходованы уже много столетий назад. Галла же восхищались своей боевой раскраской, перьями и копьями.
Итак, торжествующий Озорис да Серра с триумфом возвращался в Амельтео.
Тарзан из племени обезьян наблюдал за битвой со стороны леса.