— Привет, Таш!
Я вздрагиваю и перевожу взгляд на мистера Харлоу, который одной рукой закрывает глаза от солнца, а другой — держит лейку. Она наполнена до краев, и при каждом его движении оттуда стреляют фонтанчики воды. Кажется, прятаться уже поздно. Я подхожу к палисаднику:
— День добрый, мистер Харлоу. Какие красивые георгины!
Что угодно, лишь бы поддержать разговор. Понятия не имею, чем красивые георгины отличаются от некрасивых, но я дико горда собой уже за то, что вообще знаю это слово. Мистер Харлоу начал заниматься садом после ремиссии: врач сказал, что это поможет снять стресс.
— Ты сюда пришла не о цветах разговаривать, — фыркает он в ответ и кивает в сторону дома (еще один фонтанчик из лейки). — Джек внутри.
— Э-э… Спасибо.
И все? Ни единого намека на стол для пинг-понга? Может быть, Пол ему еще не сказал, и это еще хуже, потому что подколки настигнут меня в следующий раз.
— Я серьезно насчет цветов, — замечаю я, открывая входную дверь. — У вас самый красивый сад на всей улице!
Мистер Харлоу отмахивается от меня с каменным лицом. Я направляюсь внутрь, к спальне Джек. Когда я захожу, она, не поднимая взгляда, похлопывает по кровати рядом с собой. Подруга, напряженно хмурясь, изучает экран ноутбука.
— Ты уже что-нибудь видела? — она кликает мышью и принимается яростно печатать.
— Нет, — вкладываю в ответ все свое нетерпение.
Я достаю ноутбук из рюкзака, даже не заботясь о том, чтобы включить его в сеть. Все работает слишком медленно. Логин и пароль обрабатываются слишком долго, интернет не хочет подключаться, браузер дико тормозит на новых вкладках. Но вот наконец-то, наконец-то весь #ЧетвергКевина у меня перед глазами.
— Я разгребаю твиттер, — сообщает Джек. — Люди ретвитят, как сумасшедшие. У нас пара сотен новых подписчиков.
— Ну так что, какая реакция? — спрашиваю я. — Хорошая или плохая?
— Просто обалденная. Под видео фанатки прям-таки разбушевались. Короче, гнилые помидоры, которыми нас однажды закидают, еще даже не выросли. Слушай, пожалей свое лицо, а то к восьмидесяти годам ложка в рот влезать перестанет!
Но я не могу перестать по-идиотски улыбаться даже после нескольких минут в нескончаемом потоке скринов, гифок и восторженных репостов. Только через час у меня получается оторвать глаза от экрана, оглядеться и спросить:
— А где Пол?
— Играет с кем-то в баскетбол, — отвечает Джек и снова атакует клавиатуру. — Через пару часов вернется.
Она замедляется, так что стук клавиш звучит почти театрально: «тук… тук… тук», и поворачивает ко мне голову:
— Я слышала про стол.
Значит, кому-то Пол все же рассказал.
— Смешно, — отвечаю я.
Зовущий свет экрана уже засасывает меня обратно.
— Если бы я знала вас чуть хуже, я бы решила, что вы там занимались диким животным сексом.
Этого хватает, чтобы надолго вырвать меня из плена социальных сетей.
— Что, прости?
— Но я слишком хорошо вас знаю, так что я так не думаю.
— Вот и правильно, — хмурюсь я. — Жуть какая, Джек, зачем ты вообще это сказала?
— Господи, да шучу я! Это совершенно невероятно, в том-то и хохма!
— Это не… Это… — Я пытаюсь одновременно тяжело вздохнуть и зарычать. — Что ты хочешь этим сказать? Зачем ты это сказала?
— В смысле?
Джек уже не шутит. Она закрыла крышку ноутбука и как-то непривычно серьезно на меня смотрит.
— Что я сказала не так?
— Ну, Пол парень, а… а я девушка. Мне все равно нравятся парни.
— Тебе нравится Пол? — очень тихо уточняет Джек.
— Нет, я этого не говорила. В смысле, хватит думать, что я какой-нибудь… робот!
— Боже, Таш! Я вообще не об этом!
Я закрываю лицо руками.
— Я знаю. Но так еще хуже. Как будто… как будто ты по умолчанию считаешь, что я не могу ни к кому ничего чувствовать.
— Я так не думаю, — произносит Джек, вкладывая в свои слова раз в десять больше эмоций, чем обычно. — Прости меня. Я вообще так не думаю. Просто… ты не очень хорошо объяснила нам…
Она запинается и себе под нос заканчивает: