— Почти двадцать, — перебиваю я.
— А я расскажу тебе, почему круто быть семнадцатилетней…
— Почти восемнадцатилетней!
Что поделаешь, если это огромная разница?
— Я начну, — произносит Пол. — Тебе не надо самой оплачивать страховку.
Я мгновенно парирую:
— Ты можешь лежать на холодном, твердом полу и не жаловаться, что артрит замучил.
— Ты можешь одним движением пальца дотянуться до миллионов песен.
— Это скорее преимущество наших дней, а не возраста, — хмурюсь я. — У восьмидесятилетних есть все то же самое.
— Да, но кто из них реально этим пользуется?
— Наверняка есть целая куча продвинутых пенсионеров!
Наша маленькая игра быстро загнулась, но теперь мне хочется послушать музыку. Я достаю из кармана телефон и включаю новый альбом Chvrches. Пол стонет:
— Слушай, мне и так придется идти на их концерт, зачем еще и ты меня мучаешь?
— Я обращу тебя в свою веру, Пол Харлоу. Ты полюбишь их.
— Да я их и не ненавидел. Просто не мой стиль.
— Ага-ага, твой стиль это занудные британцы. Или что-нибудь в духе Carry On My Wayward Son.
— Мне нравится то, что мне нравится, — жизнерадостно заявляет Пол. — И я уже сказал, что они не в моем вкусе, но это не мешает мне оценить их мастерство. И… как там зовут их солистку? Я в нее немножко влюблен.
Я смотрю на друга, как на идиота:
— Как можно влюбиться в человека, не зная даже имени?
Он глядит на меня так, как будто я — лицемерка:
— Как можно влюбиться в человека, ни разу с ним даже не поговорив?
Я прекращаю стучать по его ногам. И вообще перестаю его касаться.
— Ну серьезно! — продолжает Пол. — Какая разница?
— Да огромная! Мы с Фомом все время разговариваем. Да, не с глазу на глаз, но добро пожаловать в двадцать первый век. И я ни разу не говорила, что в него влюблена!
— Ладно, не говорила. Но он тебе явно небезразличен, потому что ты покраснела.
Да, я краснею и ничего не могу с этим поделать, а еще я злюсь на Пола за то, что он это заметил, и от этого краснею еще сильнее. Я ложусь на спину, отползаю от него на добрый метр и скрещиваю руки на груди.
— Таш, да что такое? — Пол приподнимается на локтях и пытается заглянуть мне в лицо, но я все время отворачиваюсь. — Я просто сказал, что мне нравится в группе. Они знают свое дело. У них милая солистка. Я не говорил ничего плохого.
— Ладно, как скажешь.
Пол ложится обратно, и некоторое время тишину нарушает только музыка — мелодия синтезаторов и отрывистая скороговорка ударных.
— Она не только певица, — произношу я наконец. — Ты вот знаешь, что у нее ученая степень по журналистике? А еще она играет на ударных и синтезаторе.
Пол некоторое время молчит, а потом произносит:
— Тем больше поводов в нее влюбиться!
Он точно сказал это, чтобы я была довольна. Но от его слов моя грудь сжимается и мне становится нечем дышать. Почему мне так тоскливо? Ничего не понимаю. Пол никогда не скрывал, что ему кто-то нравится. Мы с Джек были в курсе каждой крошечной подробности его отношений со Стефани Кру до того самого дня, когда он решил с ней расстаться (согласитесь, парни-подростки нечасто это делают).
В общем, я уже привыкла, что Пол разговаривает про девочек. И мне уже не в первый раз приходит в голову, что он, наверно, ни разу в жизни не думал обо мне в этом смысле. Потому что иначе он не смог бы так спокойно рассказывать о своих любовных переживаниях, когда я сижу рядом. Не стал бы говорить мне то же самое, что и своей сестре. Да и как он мог рассматривать меня с этой стороны после того откровения у бассейна? Какой нормальный парень влюбится в меня, если я ясно сказала ему, что мне не нужен секс?
Не надо тешить себя напрасными ожиданиями, совсем не надо. Но эта странная тоска будит мирно спавший страх предстоящей встречи с Фомом, и мое эмоциональное состояние начинает напоминать растаявшее желе.
— Что здесь происходит?
Повернув голову набок, я вижу в дверном проеме перевернутую фигуру Джек. Она переоделась в длинные теплые пижамные штаны и футболку с Эдвардом Руки-ножницы.
Мне хочется ответить: «Я растекаюсь по полу, ничего особенного». Вслух же произношу:
— Да вот заставляю Пола полюбить Chvrches.
— Круто! — отвечает подруга, садясь рядом с нами.
Мы молчим целый припев, а потом я пихаю Джек в бок:
— Ты посмотрела видео, которое я тебе скинула?
В ответ она громко и презрительно втягивает носом воздух.
— В смысле? — удивляюсь я. — Разве это не мило? Он явно снял его для меня! В смысле, для нас.
— Прости, мы сейчас о ком? — уточняет Пол.