Все это в конечном результате привело к тому, что царизм, наряду с экономическими, репрессивными мерами, начинает применять и методы идеологической обработки русского населения, чтобы представить татар врагом православия, святой Руси. В этих условиях, кроме поголовного обвинения татар в пантюркизме и панисламизме, казанцев начинают изображать в глазах православного населения как потомков монгольских завоевателей, бывших монгольских орд, разоривших русские земли и державших в угнетении народ в течение двухсот лет. Из архива истории было вытащено обветшалое чучело, которое в закамуфлированном виде было использовано, как пугало, для затуманивания сознания народных масс. В условиях этой идеологической войны самодержавие, официозные императорские историки, миссионеры и чиновники сочли своим «патриотическим» долгом принять участие в преследовании любыми средствами и мерами языка, культуры, просвещения, учебных заведений, печати, всяческом ущемлении интересов и естественных прав татарского населения, а растущее сознание, национальное пробуждение народов представляли как подготовку к новому «татарскому» нашествию на Русь.
Официозная историография, миссионеры, идеологи царизма, пропитанные духом патриотического шовинизма, всеми средствами стремились подогревать в сознании русских людей чувства неприязни, оживить призраки «татарских» орд на Руси в прошлом.
Распалась Золотая Орда. Появление нового царства на месте разрушенной Волжской Булгарии официозные историки стремились отождествить с еще не забытой в памяти народа Золотой Ордой, а ее население - с монголами-татарами. Тем более что эти «татары» были мусульманами, следовательно, «врагами» православия, ибо, по учению церкви, все неправославные - это «антихристы», «поганые», «варвары». Таким образом, название «татары» усилиями казенных патриотов и деятелей православной церкви и на Руси получило то же нарицательное, оскорбительное значение, что и в Европе и Китае. Все это должно было служить воспитанию в народе духа патриотизма, ненависти к «татарам» и оправданию в глазах народа колониально-национальной политики царизма на Востоке.
Борьба России за выход к Черному морю в последующие века, войны с Крымским ханством и Турцией, присоединение территорий, населенных тюркскими народами, в дальнейшем привели к тому, что и эти народы начали именовать «татарами». В таком освещении деятельность русского правительства в этих районах в глазах Европы должна была выглядеть не как колониальная политика, а как исторический акт возмездия в отношении прошлого «татар». По мере продвижения русского оружия на Юг и на Восток название «татары» было перенесено и на многие народы Кавказа, Сибири, Средней Азии, в том числе и на нетюркские.
Задним числом к «татарам» причислили и половцев, населявших южнорусские степи и часть Киевской Руси еще до нашествия монголов, боровшихся рука об руку с русскими против монгольских завоевателей. «В современной историографии и художественной литературе кипчакам повезло еще меньше, чем на Калке. Раненых мечами добивают перья» (О. Сулейменов. Аз и Я. Алма-Ата, 1975, с. 162-165). «Такое расширение сферы употребления слова «татар» в известной мере, безусловно, питалось и русской просторечной традицией, для которой все восточное, басурманское, непонятное было «татарским». Так, в русских былинах XVII-XVIII вв. «татарский» совершенно распространяется и на турецкий язык» (Г.. Благова, Вариантные заимствования…, с. 105—106), Г.Ф. Благова правильно подметила, что «хотя самое слово «татар» в Европу пришло от русских, а западноевропейские летописи и ученые издавна черпали свои сведения о татарах именно от русских, весьма широкое и надолго задержавшееся на Руси использование слова «татар» в качестве обобщающего этнического имени, безусловно, поддерживалось встречной книжной традицией с Запада» (Г.Ф. Благова, Вариантные заимствования…, с. 103). Остается добавить только одно - упрочению названия «татар» в превратном, искаженном смысле в странах Европы в XVI-XIX веках мы обязаны уже русской казенной историографии.
В конце XIX и начале XX веков, когда под влиянием русского освободительного движения началось активное социальное и национальное пробуждение и татарского народа, еще более усилилась идеологическая обработка русского православного населения, направленная против «басурман», цель которой была посеять вражду между народами, задержать растущее в стране революционное движение, кровью народа откупиться от надвигающейся социальной революции, и царизм при этом не стеснялся в средствах, идя на инсинуации, фальсификацию фактов.