- Боря, ты слышал когда-нибудь о том, что существует ложь во спасение?
- То есть, вы разрешаете мне сказать маме неправду, чтобы успокоить её?
Ушлый какой! Ловко на меня стрелки перевёл! Определённо, я приходила от этого ребёнка всё в больший восторг. Этак о собственных детях начнёт мечтаться, Вера! Осторожнее.
- Разрешаю. А потом, когда вы приедете домой, и мама увидит вас живыми и невредимыми, папа осторожно расскажет маме обо всём сам. Предоставь это папе, хорошо?
- Хорошо, - серьёзно согласился Боря.
В этот момент его телефон вновь зазвонил. Видимо, мама Бори, в очередной раз не дозвонившись до мужа, вновь набрала номер сына.
Пока Боря разговаривал, бодро рассказывая о том, как на обратном пути пробило колесо, и папа ставит запаску, я посмотрела в сторону перевёрнутой машины.
Пострадавшего, видимо, быстро увезли, потому что скорая пропала, остались только машины ДПС и страховой компании. Последняя машина прибыла позже остальных.
Николай выглядел достаточно бодро. Значит, всё нормально. Когда они с Григорием доставали парня из перевёртыша, Николай говорил, что ничего не нарушал, это молодой вылетел на встречку. А ещё Григорий говорил, что от пострадавшего чувствуется сильный запах алкоголя.
Что-то я не на шутку распереживалась за Николая, Борю, маму в положении и сестрёнку, которая должна скоро появиться на свет.
Вскоре автомобиль Николая и Бори увезли на эвакуаторе, следом уехали сотрудники ДПС и представители страховой компании. Мы с Борей сидели на каком-то бревне, случайно оказавшемся в траве у обочины.
Николай и Григорий подошли к нам.
- Всё хорошо? - спросила я у них обоих.
Вопрос был к каждому отдельный, и оба поняли.
- Жить будет, - махнул рукой Григорий. - Но придётся отвечать перед законом и ему, и его родителям.
Я перевела взгляд на Николая.
- Тоже всё хорошо, - отчитался он, широко улыбнувшись, взлохматил большой ладонью короткий ёжик волос, потёр лицо. - Видеокамеры полностью зафиксировали момент аварии. Домой сейчас поедем, Григорий нас обещал подбросить.
- Вот и ладно, отлично, - пробормотала я, вставая.
Пора в путь-дорогу. Тётушки, наверно, уже в полном расстройстве.
- Я сказал маме, что у нас колесо пробило, и ты запаску меняешь, потому трубку не берёшь, - сообщил Боря отцу.
- Молодец, бро, дай пять! - Николай протянул сыну руку, и тот изо всех сил хлопнул ладонью в ответ.
- Вера сказала, что ты сам должен всё объяснить маме.
- Вера? - не понял Николай.
- Вера - это я. А теперь мне пора, меня ждут. До свидания! - я быстро пошла к своей машине.
- Спасибо!
Это мне вслед донеслись сразу три голоса.
- Не за что! - махнула я рукой.
... Устраиваясь в машине, я видела, как трое моих случайных знакомых направились к серебристому внедорожнику. Но потом что-то пошло не так. И я поняла, что машина не заводится, потому что Григорий и Николай, покинув салон, открыли капот и застыли в задумчивости.
Ясно. Тяжело вздохнув, я вновь вылезла из машины. И Николай, и Григорий разговаривали по телефонам.
- Папа такси вызывает, - сообщил мне Боря. - Нам надо к маме быстрее, а у дяди Григория что-то с машиной. Дядя Григорий вызывает эвакуатор.
Вроде, всё правильно и нормально, и надо бы уже продолжить путь, но я не могла уехать, не дождавшись, пока ситуация не будет полностью исчерпана.
Минут через десять Николай и Боря, тепло попрощавшись с нами, уехали на такси.
- Что делать будете? - спросила я у Григория.
Я вдруг заметила, какой у него усталый вид. Лицо почти серое, под тёмными глазами тени. Вроде, говорил, что в отпуске. Совсем не похож на отпускного. Видимо, дорога и оказание первой помощи тому парню так вымотали его.
- Дождусь эвакуатор, а потом тоже такси вызову. Вы ведь не в город? В обратную сторону?
- Да, я в посёлок. Тут рядом, несколько километров осталось, да всё никак, - улыбнулась я.
Вообще-то я редко улыбаюсь мужчинам с некоторых пор, особенно, молодым. Даже с клиентами клиники максимально вежлива, но редко улыбаюсь им.
- У тебя сигарет нет случайно? - с надеждой спросил Григорий.
- Нет, - пришлось разочаровать его.
- Чёрт меня дёрнул бросить, - пробормотал он. Но потом взбодрился: - О, вот и эвакуатор.
Внедорожник увезли в сервис, с которым Григорий заранее созвонился. Ну всё. Сейчас он дождётся такси, уедет, и я перестану чувствовать ответственность за логическое завершение ситуации. Наконец-то.
Григорий достал из кармана тёмных джинсов телефон, попытался набрать номер, но аппарат, издав характерный писк, выключился. Разрядился. В принципе, ничего из ряда вон выходящего в данной ситуации не было, ведь мой телефон жив. Но видимо, именно эта ситуация стала пресловутой последней каплей.