Некоторое время мы просто сидели молча и пили чай, но Григорий первый нарушил молчание.
- Прости меня за эту выходку на дороге. Сам ненавижу истеричное поведение, - виновато заговорил он.
- Я не наблюдала никакого истеричного поведения. Я видела человека, который очень-очень устал, и которому просто нужен отдых. Возможно, в том числе, от самого себя.
- Да. Надо же, как тонко, - Григорий с интересом посмотрел на меня. - Это что же, я весь как на ладони? Надо быть сдержаннее.
- Мы всю жизнь только тем и заняты, что демонстрируем всем свою сдержанность и лояльность. Иногда нужно выпускать пар. Не на работе, конечно. А вообще надо. Иначе можно рвануть, как скороварка советских времён.
Григорий несколько секунд задумчиво моргал, кусая губу.
- Правильно ли я понял, что при тебе могу не сдерживать эмоций?
- Как угодно, - пожала я плечами.
- Ты, случайно, не психолог, Вера?
- Случайно, нет. Работаю на ресепшн в частной клинике, а по образованию экономист. Просто очень люблю свою работу. Мне нравится общаться с разными людьми, решать небольшие проблемы.
- Ты-то мне и нужна, - улыбнулся Григорий. - Только у меня большая проблема. Сможешь решить?
- Какого плана проблема? - поддержала я игру, хотя уже давно поняла, какого именно.
- Супружеская измена, доктор Вера. Длительная, не одноразовая, - Григорий стал серьёзным.
- Насколько длительная, доктор Григорий?
- Я догадался ещё в декабре. Значит, началось всё раньше.
- Что предпринял?
- Для начала всё проверил, чтобы убедиться наверняка. Собрал доказательства. Потом нашёл адвоката по бракоразводным делам. Почти все документы готовы, скоро моя пока ещё жена получит повестку о явке на судебное заседание. Детей у нас нет, но есть совместно нажитое имущество. На квартиру я не претендую, а вот машину и гараж хотел бы оставить себе.
- Если обо всём знаешь, зачем хотел приехать раньше?
- Знаешь, доктор Вера, раньше я очень страдал и мучился. А теперь внутри пусто. Совсем. Но я хочу отыграться хоть как-то, пусть мелочно. Наверно, это неправильно? Да я ещё с похмелья был, вчера перебрали с другом. А тут авария эта. Я бы не простил себе, если бы упустил парня. Потому и перенервничал так сильно. И понял: вся эта ситуация - урок мне.
* * * * * * * * *
...В какой момент я поняла, что смотрю на Григория по-другому, не так, как до этого? Сама не знаю. До сих пор я смотрела на него, как на человека, достойного восхищения, скромного героя, не требующего наград и признания, чётко и внимательно исполняющего свою работу, свой долг.
А теперь смотрела так, как смотрит женщина на мужчину. Не скрою: увиденное мне нравилось всё больше. И твёрдая линия щеки, и отросшая щетина, и плотно сомкнутые губы, и угловатый подбородок, и нос с небольшой горбинкой, и внимательные тёмные глаза. Григорий не был атлетом и качко́м. Однако мужское в нём очень сильно́, и я чувствовала эту мужественность всё острее и ярче.
Надо ли говорить, что это моё настроение мне совсем не нравилось? Тем более, что оно породило в моей голове новый вопрос, который я теперь со всех сторон мысленно муссировала и пробовала на вкус.
Я буду не я, если не спрошу...
- Григорий, - осторожно начала я, и задумчивый взгляд собеседника ожил, обратившись к моему лицу. - Скажи, а в эти четыре месяца... с тех пор, как ты всё понял...
Чёрт, как же сложно сформулировать! Особенно, когда пытаешься завуалировать незавуалируемое! Но надо продолжать, потому что Григорий смотрит с ожиданием и интересом.
- ... ты скрывал все свои чувства и мысли?
- Конечно, скрывал. И до сих пор продолжаю скрывать. Видимо, из-за этого меня едва и не прибило сегодня. Но я не могу выдать себя раньше времени. Для этого есть причины.
- То есть, ты... вы...
Фуф! Ну же, Вера! Вам не по тринадцать лет! Давай, жги! Иди до конца.
К счастью, умный и проницательный Григорий понял всё раньше, чем я нашла в себе силы.
- Ты хочешь знать, до какой степени конспирации я дошёл, Вера?
Я кивнула, сглотнув, и опустила глаза, не в силах выдерживать его пристальный взгляд. Ну и мужчина. Вроде, обыкновенный, вот так с ходу в глаза не бросается, и запросто можно не заметить. А если приглядишься и познакомишься с ним поближе, он начинает затягивать тебя, как воронка.
Я очень определённо это чувствовала в данный момент, и мне совсем не нравилось сложившееся положение. Григорий женат. Даже если покаещёженат, всё равно женат.
- Вера, сколько тебе лет? Извини за вопрос.
- Двадцать семь. А тебе?
- Тридцать три. Так вот. Ты ещё очень молода, но уже в том возрасте, когда молодость не мешает ясности ума. Почему же ты настолько подвержена стереотипам, что считаешь всех мужчин похотливыми животными?