ок снотворного. Сэм открывает. На пороге… снова мужик. Да что вы меня, за педераста, что ли, держите, думает Сэм с негодованием. Но… гость в дом – бог в дом! Так что Сэм пускает второго молодого человека и трахает его, пока хозяин спит. Устал уже! Тем более что гость – китаец. А китайцы в Монреале нагловатые. Смотрят с прищуром, будто знают про тебя что-то, чего ты не знаешь. Азиаты! И этот не исключение. К тому же китаец, пока Сэм его трахает, глаза свои прикрывает все сильнее, и они у него косят все больше. Мы сейчас так понимаем, это он от удовольствия. Но тогда Сэм, находясь в полевых, так сказать, условиях, не оценил обстановку… Не сумел. И ему показалось, что китаец смотрит на него – трахались-то они перед зеркалом – все высокомернее и высокомернее. Будто сказать что-то хочет. Желтая раса покорит мир! Так что Сэм, трахая китайца, завелся еще больше и, увы, не в смысле секса. Закончив, вернулся на кухню. В холодильнике – шаром покати, как у педиков и принято. Они же постоянно заказывают жратву на дом. Потому что деньги есть! Это мы, иммигранты, в кулинарном отделе супермаркетов картошку да старую, жаренную в машинном масле курицу покупаем… Омерзительная жрачка! Зато дешево! Но у этих педиков, к которым случайно (мы с Малышом Дауном переглядываемся и фыркаем, но Сэм не обижается… он знает, что мы его любим) Сэм зашел, еды нет совсем никакой. Сэм понимает, что очень хочет жрать. Настроение падает еще больше. Опять же, с китайцем презерватив порвался. Кто знает, какой гадостью этот парень мог его, Сэма, заразить. В Монреаль слетаются болячки со всего света. Тут даже насморком болеют насмерть. Да чего далеко ходить! Недавно на него, Сэма, в автобусе кто-то чихнул, так он три недели встать не мог. Врач, правда, говорит, что это все из-за ВИЧ, но помилуйте. Вся Африка с ВИЧ живет, вся его деревня – ВИЧ-положительные, вся область… вся страна, континент! – и ничего, живут! Вообще, все это сказки, думает он, Сэм. Ну про ВИЧ и тому подобное. Все это придумали белые, чтобы морочить голову африканцам. Нет никакого ВИЧ, и болт нужно вставлять безо всякого презерватива. Он же из каучука! Вдумайтесь – ка-у-чу-ка! Это же Химия! Белые обманом заставляют нас натягивать на шланг химию, чтобы совать ее в нежное тело женщины. Африканской труженицы! Ну порой и в китайского прохиндея, которому по ошибке засадишь… Тот, кстати, пошел спать в обнимку с хозяином. Тоже выпил снотворное. Перед тем как заснуть, объяснил Сэму, что они оба работают в компании, занятой разработкой программного обеспечения. Целый день пялишься в компьютер! Поэтому вечером не можешь заснуть. Приходится пить снотворное. Утром встаешь разбитый, приходится подбадриваться энергетиками… другими таблеточками… Вот такой круговорот! Как он, Ли Жчу Бынь, завидует Сэму… его работе на свежем воздухе… простому, ясному взгляду на мир… И вооххрррррррр… Уснул! Сэм с отвращением посмотрел на парочку и вновь отправился на кухню. Денег на обратный билет у него нет, а карточку на метро он никогда не покупал. Старался ездить «зайцем». Раз такое дело, придется ждать утра. Сэм допивает весь кофе, всю банку на 900 граммов растворимого кофе выпил. Он не то чтобы любит кофе. Просто это инстинкт грузчика такой. Тебе не дадут на чай… ничего не оставят… Поэтому ты должен сожрать, выпить, украсть и трахнуть все что можно. Грузчик – это ландскнехт, и весь мир для него – Германия времен 30-летней войны. Разорить, трахнуть и сжечь! Если бы на кухне оказалось 900 граммов яда, Сэм бы выпил весь яд. Будь там куча дерьма, он бы съел дерьмо. Но там оказался только кофе. После этого Сэм ложится на диван в другой комнате и лежит. Спать не может. Кофе же! Час, другой… Время так медленно тянется перед рассветом. Сэм ждет, когда можно будет поехать с нами – со мной и Малышом Дауном – за город. Отдохнуть на даче, пока долбоебы из какого-то там Фронта Спасения Квебека спасут свои задницы от ожирения, совершая тренировочный марш-бросок. Вдруг раздается шум. Сначала показалось, будто бы показалось… Или, кажется… Да нет, показалось! Сэм закрывает глаза и вдруг слышит шум отчетливо. Причем это неприятный шум: такой, когда ты понимаешь, что человек, который шумит, старается не шуметь. Сэма от страха чуть не стошнило. Вот тебе и цивилизованная страна! Добро пожаловать в Африку, сынок! Но пока Сэм обо всем этом думал, у него не дрогнул на лице ни один мускул. Он все так же ровно сопит. Сказался большой опыт жизни в условиях гражданской войны. Сердце стучит ровно. Тук-тук. Нос сопит спокойно. Пссс-с-с-с-сппп… Но мышцы напряжены… готовы к броску. И когда дверь почти бесшумно приоткрывается и от нее к Сэму бросается кто-то, Сэм мигом скатывается с дивана в ноги к нападающему, хватает его за колени и валит на пол. Сэм ставит вслепую агрессору подножку, вырывается, включает свет, разворачивается, бьет вертушку, применяет прием мельница… нежная слива стряхивает с ветвей снег… кот трогает лапой воду…