лой. За этим крылась какая-то давняя история – кто-то из них пришел в гости куда-то и засмотрелся на чужую жену. В результате ни Тухлого ни Гнилого теперь никто не зовет в гости, из-за чего они ходят друг к другу. Ну, и, соответственно, жены… «Ти-энд-Ди», так они назвали этот странный сплав свинг-клуба и хозяйственного учреждения. За всеми этими чертями, словно главный демон, присматривает маэстро Башар. Беженец из Палестины и правоверный мусульманин, отличавшийся патологической честностью, Башар возвращал хозяевам утерянные кошельки. Единственный человек, встреченный мной на погрузках, которому я бы довернил ключи от дома, Башар скитался всю жизнь, – из опустошенной Палестины в разрушеный Ливан, – и я не встречал человека лучше, честнее и порядочнее. Но были у него и недостатки. Он молился! Три раза в день вставал на коврик в грузовике и молился. Лешика-дурачка это бесило, он все собирался позвонить в полицию, донести на «спящую террористическую ячейку». Жена идиота полетела в Париж на два дня, которые и провела в самом грязном пригороде, – это же дешево! очень дешево! вот кодовое слово иммигранта из экс-СССР – который ей ужасно не понравился. Во-первых, все говорят по-французски. Во-вторых, толчея. Понаехали! Добило беднягу то, что в ужасном Париже водителем вызванного ей такси оказался араб. Мать твою, да что ж с того? Арабы во Франции еще с Карла Мартелла шарятся… с Пуатье еще! Нет, она не решилась ехать. Отозвала заказ! Лешик этим ужасно гордился, рассказывал. Как, кому? Башару, конечно! Рассудительный, спокойный, палестинец только головой качал. К счастью, чаще всего с ним работал еще один ненастоящий казах, Мастер Сергей-бородач, способный работать и после литра виски. Хотя он старался не злоупотреблять. Два-три литра пива в день, вот и вся норма. При этом он не терял ни равновесия, ни чувства юмора, ни силы. Сергей много читал поперву, как переехал, и разговарить с ним было одно удовольствие. Именно с этими двумя я и понял, что работа грузчика есть не что иное, как Академия Платона. Я любил работать с ними, и если где-то в мире есть рай для грузчиков – невесомые вещи для всех, пиво и виски в грузовике для Сергея, грибы и папироски для Саши, десяток чужих «Мерсев» для Миши, кофе и хорошие сигареты для непьющего Башара, чужие бабы и чужие деньги для его величества Славы, гамбургеры для вождя Августо и коготки в морду поострее для наследника-Андрея, – я искренне верю, что они там. Говоря про Путина и русский патриотизм, который загадочным для меня образом всегда сочетался с недостачей денег в зарплатном конверте, не могу не упомянуть и Дениса. Уроженец Белоруссии промелькнул в моей жизни ровно на мгновение. Один час. За это время я увидел на нем майку с оскалом волка на груди. Надпись под волком гласила, что русские – страшная сила. Вполне вероятно… Более чем вероятно… Но каким образом он собирался реализовать страшную силу русского народа на перевозках всякого говна в Монреале – из засранных квартир арабов и алжирцев в не менее засранные дома тунисцев и прочих магребинцев – для меня осталось загадкой. Денис угостил меня сушеными яблоками. Он не ест мяса, гордо сказал он мне, пока мы чалились от одного борта 13-й трассы к другому. Древние славяне не ели мяса, вообще. Ведическая религия, которую они исповедовали, идет вразрез с христианством. Слыхал ли я такие имена, как Мокошь? Велес? Перун? Я, затаившись, слушал. К тому времени я уже понял, что в Монреале нет нормальных людей даже в общепринятом смысле этого слова. Здесь каждый – сумасшедший… Психопат! Как и я, впрочем, как и я. Денис, хотя я его и не расспрашивал – но наших иммигрантов это не останавливает… их рот – это большая мясорубка, которая вываливает на тебя тонны перемолотой чуши – начал делиться со мной своими взглядами на брак. Он нашел себе невесту! По древним традициям славян, она девственница. Живет на востоке Украины. Он поедет за ней этим летом, привезет. Вместе будут Мокоши молиться! Не правда ли, замечательно? Я посмеивался. Понятно, что речь шла о маскировке. Парня зациклило на целках… Видимо, такой у него фетиш. Но ведь люди неохотно смотрят правде в глаза… Да и в манду тоже! Вот уродец и подогнал под свои сексуальные пристрастия целую научно-идеологическую базу. Древние славянские верования ему подавай. Парень просто купил манду! Нашел себе школьницу, готовую поменять манду на бегство из воюющей безумной Украины в «цивилизованную страну». Вот так. Все просто! Манда в обмен на продовольствие! Думаю, Дениска это понимал. Его слегка расстраивало, что девчонка в Канаде поддастся тлетворной пропаганде буржуазного образа жизни… иудео-христианским сказочкам… Того и гляди лобок брить начнет! Он нервничал по этому поводу, спрашивал моего совета… Что я мог сказать? Очевидно, что парня ждал крах. Рабам свойственно менять хозяев. Само собой, девчонка сбежит от него к «кваку»… к члену побогаче… Если уж она один раз сменяла манду на благополучие и безопасность, что помешает ей продолжить делать то же самое? Все одно и то же. Просто ставки растут! Завтра она переедет к кваку-строителю в дом из пяти комнат в Сен-Жюстин, послезавтра к кваку-архитектору в кондоминимум в Старый Порт, а закончит карьеру в доме миллионера на горе Монт-Рояль. Все впереди! Девчонке ведь всего шестнадцать! Как бы избежать этого, а? В ответ я разразился целой тирадой про немецкий романтизм XIX века, об идеале как непостижимой мечте, перестающей быть идеалом, как только ты ее достигаешь… Имя Гофмана даже прозвучало! Это была ошибка. Парень стал нервничать еще больше, попытался продемонстрировать блестящее знание французского языка, что, конечно, истине не соответствовало… Промах следовал за промахом, вместо холодильника мы завернули стиральную машину… Я не спорил, Денис говорил все отрывистее… злее… безумнее. Мысли о манде, которую он подцепил и уход которой предвидел, сводили его с ума. Жарили, как яйцо на сковородке. Чтобы хоть как-то успокоить бедняжку, я сказал, что он мог бы увезти свою принцессу с пищевой пленкой между ляжек куда-то подальше от Монреалея. В лес, скажем! Гоша и Нина рассказывали мне как-то про такие домики. Курорты! Едешь на выходных в лес – только ты, снег, природа и любимый человек… Даже так – Любимый Человечек. Никакого Интернета… селфи… суеты этой. Отдохнуть от мира. Позволить себе как состоявшемуся человеку провести время вдали от цивилизации. Впрочем, не мне только они рассказывали. Всем знакомым в «Фейсбуке». Конкретно – выкладывали в свои профайлы фотографии того самого снега… уединенной природы… лиц любимых… читай, друг друга. Все – с частотой пулеметной стрельбы! В режиме прямого эфира! Вот так вот отдохнули от суеты… Предлагаю такой вариант Дениске. Парень прямо расцвел! Больше я его не видел. Читал в газетах. Он, значит, помчался в Донбасс и нашел там свою Пенелопу в подвале, который доблестные ВСУ Украины бомбили. Срочно улетели в Монреаль. Тут он ее дефлорировал. Все как полагается – белая рубаха до пят, волосы простые, песни про Мокошь, ручеек подружек невесты, прыжки через костер и воду. За неимением многих атрибутов программу, правда, сократили. Просто трахнулись. Само собой, на следующий день бедная девочка начала заглядываться. На что? а на всё! На небоскребы, круассаны, церкви, автомобили, газеты, киоски, бутылки вина белого и красного… и розового… на забавных ашкеназов с их кипами – площадками для мух, на которых мухи могут посрать и отдохнуть на голове правоверного иудея, пока тот в Северной Америке душой за Иерусалим болит… на улицы старинные и современные… на транспортные развязки… на реку Сен-Лоран и катера, несущиеся по ней… на колеса обозрения в парке развлечений «Ла Ронде»… на ресторанчики в «Маленькой Италии»… на старинный дом губернатора под мостом… да и на мосты тоже – на старый и на Шамплейн… на облака… чаек… на стаканчики кофе в «Старбаксе» и на красно-желтые клены вдоль старого канала на Лашин… на разноцветных ямайцев и серых пакистанцев… завернутых в шерстяные одеяла бедуинов и на маленьких филиппинок, которые в колясках возят квебекуа после рождения как няньки и перед смертью… тоже как няньки… На небо и воду, на огонь и землю стала засматриваться сучка! Короче, на жизнь! Девчонка ведь и не видела жизни до этого! До шестнадцати росла в деревушке, под которой папа уголь добывал, а в шестнадцать сама под землю спустилась. В подвал! Дениске это не по нутру пришлось, он вспомнил, что я рассказывал, и увез ее. Все ведь просто. Дениска был обычный маньяк. Коллекционер. Он хотел, чтобы баба висела на крючке, как Буратино, и оживала, лишь когда он хочет ей присунуть или речь ей зачитать про письменность и поголовную грамотность у древних славян. Все остальное время баба – робот. Ну максимум – кухонные функции. Итак, читал я в газете «Метро» расследование сучки-Джудит, которой вставлял все чаще, отчего она злилась на меня все больше… – парень купил домик в окрестностях Монт-Тремблана (курорт в 200 км от Монреаля) и привез туда свою суженую-ряженую. Там заставлял ее купаться в проруби. Ближайший дом стоял в 10 километрах, деревня – в ста. Продукты закупали раз в месяц. Зимой, раз в неделю, мимо дома проезжала снегоуборочная машина, благодаря которой дорога хоть как-то оставалась свободной. Нужно ли говорить, что сучка трахнулась с водителем снегоуборочной машины, пока Дениска гул