приезжал в Канаду знакомый. Свежий, новенький иммигрант. Его и устроили готовить торт! За восемь долларов тридцать центов в час, минус налоги и без перерыва на обед. Пятнадцать часов в день. Разумеется, бедолага не знал, сколько провинций в Канаде. Он вообще не подозревал, что попал в Канаду! Те ребята, которые продали ему документы еще дома, на родине, сказали, что он выиграл «грин-карт» и полетит в Америку. Вот прямо сейчас! Он и полетел! До сих пор думал, что живет в США! Поэтому и ярусов в торте хотел сделать, сколько в США штатов. Беда лишь, что он не знал, сколько в США штатов… Ну приблизительно только. Вот и получилось тридцать два, а не пятьдесят один… или пятьдесят два? Кто знает! Мы же не в США живем, мы в Канаде. Торт получился сырой, и крем чересчур жирный, те, кто ели, позже жаловались. Я не пробовал. А кто ел? Конечно, Виталик-засранец! Он из туалета попросил, глухо стеная, кусочек принести ему. Небольшой, на пару килограммов. Сожрал и сразу же снова обосрался! Еще Солнцеед кушал… Объяснил это тем, что в торте нет мяса и, стало быть, страданий живых существ, конвертированных в калории. Это, конечно, наглое лицемерие. Все мы знали, что страданий живого существа в торте – хоть отбавляй. Тонна! Речь, разумеется, шла о поваре… Тот, новичок, всего две недели в Канаде проживший, с ужасом косился на нас, дрожал, чуть не плакал. Мы налили ему виски, никто ничего не объяснял. Канада сама разъяснит! Она как лагерь, там все быстро понимаешь. Торт вертелся на сцене, весь в бенгальских огнях… Я подбрасывал на руках Лаврилку, гадая, куда делся засранец Малыш Даун и почему, собственно, я должен трахать его девку, работать за него!.. – и присматривал за приглашенными грузчиками. Вот молдаванин Корнел – еще один молдаванин! я обречен покровительствовать молдаванам, после смерти я вознесусь и буду оттуда святым молдаван… – в розовом свитере и брюках с высоким поясом, привет из 80-х! Он, не веря глазам своим, щупает шлюху. Корнел приехал два дня назад. В Молдавии он учился на учителя информатики, и когда закончил учебу, стал учить других студентов, которые захотели стать учителями информатики. Так прошли первые тридцать лет его жизни, инкубационный период… Жил он в общежитии. Постепенно в комнате появлялись люди: жена, двое детей. Туалет был общим на этаже. И душ тоже. В Канаде Корнел получил детское пособие и снял квартиру со скрипучими полами, своим унитазом и ванной. Вышел на погрузки и заработал сто долларов за день. Добрые напарники ему попались. Мы! Так что в Канаде Корнел обосрался от радости. Буквально! Шел за мной, нес стул… как вдруг со стоном присел и стал беспомощно озираться. Что, что такое, друг мой, поинтересовался я. Ох, господин Владимир, сказал со стоном Корнел. Я обосрался. Как? Почему? в чем дело? – спросил я, пинком поднимая Корнела со ступенек – над нами стоял хозяин квартиры, араб, следовало суетиться перед ним, даже и с обосранными штанами… Обосрался, виновато повторил Корнел и продолжил свой спуск со стулом в руках и дерьмом в штанах. Что-то не то съел? Перемена климата? Стресс от переезда? Нет! Обосрался от радости, – признался перед нами Корнел. От счастья. Никогда он не жил так хорошо, как здесь, в Канаде… Господи, благослови кленовый лист! И бобров, и синие небеса Квебека, и консервативное правительство Хапрера. Но время славословий еще не пришло! Так что мы дали возможность бедняге переодеться в грузовике и продолжили сносить вещи по узкой винтовой лестнице… скорбный путь египетских рабов, возводящих пирамиду Его Солнечного Величества Капитала, – изредка перекликиваясь. Отрывочные фразы… хрипы… мат… И Корнел, не верящий своим глазам, счастью своему. Он тут поел досыта впервые в жизни! В Молдавии приходилось экономить. Жаться… Все свободные средства шли на иммиграцию. Пять тысяч долларов потратил Корнел на то, чтобы уехать! Привезти сюда свою жену, деток. Снять им отдельный унитаз. Да, пока один на четыре сраки. Но это лучше, чем на сто срак, как было в общежитии! Да и чудеса продолжаются, добрый самаритянин Владимир взял Корнела на вечеринку канадцев. Смысл происходящего от Корнела ускользает, ведь он не знает французского языка. Да и зачем?! В Канаде столько молдаван – все говорят по-румынски. Ну кроме русских долбоебов, которые так и не удосужились выучить этот замечательный язык. Например, меня! Где-то в ногах Виталика другой грузчик путается с упитанной квачкой из министерства здоровья, в свободное время она сочиняет стихи, вот и оказалась на вечеринке, организованной Максимом, а дальше уж по накатанной завербовали. Зовут его, кажется, Саша. Он или шурин Игоря, или его деверь, а может, они брат и сестра. Система родственных связей у молдаван весьма запутана и непрозрачна. Саша – большой поклонник «Мерседесов». Он даже свой старенький «мерс» оттюнинговал так, чтобы, когда дверь открывается, она оставляла на асфальте тень в виде символа «Мерседеса». Настоящий безумец! Люблю таких… С Сашей работал еще один бедолага, Сергей… Почему-то единственный, чью фамилию я запомнил. Сергей Лысов. Он лысел и поэтому старательно начесывал челку. У Лысова было три жены, он сходился с четвертой и работал на перевозках вот уже пятый год. Поэтому он кусался! Кусал клиентов, коллег, жен… От тяжестей одно из его яиц ужасно распухло, стало огромным, как яйцо сказочной птицы Рух. Сергей пошел в поликлинику. Там его приняли хорошо, душевно обслужили. Записали на прием к врачу через два месяца. Когда срок ожидания истек, яйцо Сергея увеличилось на пять сантиметров в диаметре, мешало ходить, следовало что-то предпринять, срочно! Грузчики привезли Сергея в поликлинику на одеяле – вынесли из грузовика, словно Клеопатру… Клеопатру с большим волосатым яйцом, конечно… Врач обследовала, повертела в руках. Серега стонал… Врач вынесла вердикт: нужно уточняющее обследование. Рандеву назначили через три месяца. Надо потерпеть! Медицина в Квебеке бесплатная! Есть, конечно, и платная. Намного быстрее. Скажем – две… три недели между приемами врача. Но бесплатная – такая же качественная. Кому не нравится, до свидания. Чемодан – вокзал – СССР! Сергей мужественно ждал еще три месяца. Яйцо выросло до метра в диаметре! Оно катилось за Сергеем, когда тот выходил на погрузки, – разумеется, он работал!.. куда прикажете деться-то?.. – оно звенело и издавало хрустально-чистый звук. Мы предполагали, что в яйце у Сергея кто-то живет. Какое-то чудище! Но все попытки выяснить истину, посветить фонариком и попробовать понять, есть ли под кожицей что-то живое, не увенчались успехом. На втором рандеву врачи выяснили, что у Сергея какая-то проблема, связанная с поднятием тяжестей. Не нужно поднимать ничего тяжелого! В этом все дело! Вот для такого невероятного открытия им и потребовалось мариновать Сергея и его яйцо почти полгода. Диагноз был неутешителен. Главное, очевиден! Бросить работу Лысов не мог, так что ему пришлось пойти на крайние меры. Привлекли к делу Солнцееда как большого специалиста в вопросе. Тот принес бритвы… лезвия… чайничек для кипячения воды в специальном ауроаутентичнокармическом излучении. Заставил Сергея поститься перед операцией несколько дней. И оттяпал яйцо! Сейчас на этом месте у Сереги – мячик от тенниса, заботливо выкрашенный его четвертой женой, девчонкой из Казахстана, в розовый цвет. Она перестаралась! Чересчур розовым, ненатуральным даже!.. получилось искусственное яйцо Сергея. Кроме того, когда он старается на бабе – а именно это сейчас и происходит, он вовсю охаживает шлюху в экипировке хоккейного защитника – мячик бьется о женскую промежность с характерным звуком. Ощущение, будто на матче «Ролан Гарос» присутствуешь! Шлеп-шлеп ко корту. Да еще и баба стонет! Точно, теннисный матч! Но Сергея это не останавливает. Он долбит и долбит. Мстит за все пять лет унижений. Он нервно воспринял Канаду. В Молдавии-то парень инженером работал! Читай, ничего не делал и пил коньяк на рынке по соседству с офисом в обед. Ну или с утра, если в прошлый обед вовремя не остановился. В Канаде пришлось трудиться! Клиенты не считали Сергея за человека… можно подумать, кого-то еще считали!.. – и это его выводило из равновесия. Мучило! Как артист, не нашедший признания, страдал грузчик Сергей в Канаде. Все пришло к тому, что его перестали звать на погрузки. Работа кончилась, и яйцо сдулось! Оно хранилось в специальном сундуке, конечно. Сергей не смог выбросить его на мусорку вот так просто, расстаться с частичкой самого себя. Яйцо сдулось! Оставалось пришить его обратно. Но тут вмешалась казашка – новая жена… Уж очень нравилась ей атмосфера Кубка Дэвиса, воцарившаяся у них дома. Так что все, как и завещал нам мудрый Экклезиаст, осталось на своих местах – отрезанное яйцо в сундуке, а теннисный мяч – на месте отрезанного яйца. Бинго! Сейчас Сергей отводит душу с подругой поэтессы из министерства здравоохранения, даже не зная, что в лице ее манды трахает всю систему больниц провинции. Думаю, я и не скажу ему об этом. Иначе последствия могут быть непредсказуемыми. Сергей и в хорошем-то настроении вечно зол. В бедрах теплеет. Отвлекаюсь, наконец, от просмотра. Тем более весь этот хоровод на сцене ничего нового мне не являет. Метафора канадской жизни, вот и все. Хоккеисты, олени карибу, проститутки, политики, снег и иммигранты. Все это густо перемешано, и все друг друга трахают в ходе представления «Цирк Дю Сол