— Ты кто такой? — недоверчиво вопрошаю я, уже сама наступая на мужика.
Тот дёргает пышными усами и медленно произносит:
— Я же сказал, что я Брокк. А ты можешь опустить нож.
— Что тебе надо, Брокк? — не обращая внимания на его предложение, я продолжаю строить из себя опасного противника.
— Я за пивом пришёл, — признался он и сощурил маленькие глазёнки. — Я в эту таверну уже полвека хожу.
— Не работает таверна! — срываюсь на него.
Весь страх и боль решили вырваться наружу прямо сейчас. Я чувствую неожиданный прилив сил и ярости. Хочется напасть. Это так иррационально и незнакомо, но меня буквально разрывают нахлынувшие эмоции отчаяния и ненависти.
— Дверь открыта. Значит, работает, — нагло проговорил гном, не испугавшись моей агрессии. — Где хозяин? Почему тут такая разруха?
Вот же наглый тип! Ворвался в закрытую таверну, не смутился её непрезентабельного интерьера, так ещё и к спящей женщине подкрался. То-то же мне говорил беловолосый, что в этом районе шастают всякие личности.
— Я хозяйка.
— Ты? — его очи расширились так, будто сейчас вывалятся из глазниц.
А потом он рассмеялся. Искренне и заливисто, чем привёл меня в ступор.
— Ты хозяйка? — не унимался мужчина, чуть ли не вытирая слёзы смеха маленькой ладонью. — С каких это пор?
— А что такого? Вот вчера стала законной хозяйкой, — призналась я честно, не понимая, чем вызвала этот приступ. — Не веришь — спроси у Норди. Это женщина из...
— Знаю я, кто это, — немного успокоившись, прервал меня гном.
Он прикоснулся к своей густой бороде, достающей ему до живота.
— Выходит, Александр продал таверну?
— Нет, мне она досталась в наследство. Он мой... дядя.
Мне не хотелось описывать незнакомцу историю своей жизни, поэтому я ответила ему так, как указано в бумагах. Сыграю в эту Анну Лир, за которую меня все они принимают.
Он внимательно посмотрел на меня и утвердительно кивнул, а затем печально вздохнул.
— Действительно. Теперь я узнаю в тебе его, — закивал активнее. — Выходит, помер Александр.
— Помер. Теперь я здесь главная, — повторила сказанное. — И прошу вас покинуть мою собственность.
Брокк призадумался.
— Так, если ты теперь хозяйка, то принеси мне пиво. И холодненького. Вашего фирменного. Я по нему очень скучал.
9.2
— До чего же наглый гном, — шепот вырывается сквозь сжатые губы, пока я раскидываю доски с коробками.
И как он заставил меня этим заниматься? Будто околдовал безудержной болтовнёй и восхвалениями местной пивоварни.
Не верю, что что-то подобное вообще могло скрываться в стенах двухэтажной деревянной таверны. Он должно быть ошибся, либо его заболтал прежний хозяин, навешав на уши романтическую лапшу про домашний бизнес. А сам, наверняка, закупал продукцию у местных фермеров, а потом разбавлял водой с сахаром.
Как сказал Брокк, «наш семейный» рецепт пытались повторить многие в столице, но никто и грамма не мог налить чего-то настолько же вкусного и сладкого.
Под завалами рассыпающегося мусора сложно было найти чего-то стоящего внимания. В основном, к ногам либо выкатывались пустые бутылки, либо обнаруживались сломанные кухонные принадлежности. Даже ни единой целой сковородки не осталось — безобразие! Придётся закупать всё самой.
Маленькую часть полученных денег я уже потратила на пару комплектов одежды для себя и заказала кровать, которую должны на днях завезти. До остального пока не дошли руки. Следовало сесть за стол, в моём случае барную стойку, и выписать на листочек по пунктам, что надо сделать и купить.
Очень жалко, что интернета здесь не имелось. Возможности прицениться к товарам или хотя бы вдохновиться чужими красивыми фотографиями — у меня не было.
— Ну, как? Нашла?
Голос напугал меня, из-за чего дрогнула рука, с трудом удерживающая палку с гвоздями. И та грохнулась обратно на пол, подняв за собой новую порцию едкой пыли.
— Нет!
— Я слышу его, Анна, — начал топтаться вокруг Брокк, даже не предложивший помощи. — Оно зовёт меня!
Я закашлялась. Глаза и ноздри увлажнились. Нацепить на себя хоть какую-то тряпку на манер маски я не додумалась. Да и был ли от неё прок в старом погребе?
Света от пары огарков едва хватало, чтобы различать очертания предметов.
Полезла же в подвал!
Но мысли о том, что пришлось бы этим заняться в любом случае, немного успокоили меня. Продавать таверну я всё же не решилась. Пока что. Если магическим образом сюда ворвётся богатей граф Блик и предложит за моё скромное наследство миллион золотых, то я с превеликим удовольствием соглашусь на сделку и сбегу в другую страну от греха подальше. В этой как-то всё с самого начала не задалась.