Среди этих серьёзных мастеровитых дядечек, окруживших себя литровыми кружками с пенным, тощая блондинка в платьице и с кружащейся головой — выглядела неуместно. Благо, пока никто не обратил на меня внимание.
— Пускай сами разбираются, гном, — предупреждающим голосом заявил широкоплечий мужчина с длинными чёрными волосами. — Он бросил вызов. И не тебе вмешиваться.
Тем временем, на перевёрнутом столе творились дикости. Я старательно отходила от этой пары взгляд, потому что просто боялась увидеть исход. Кровища, отрубленные конечности... всё эти зловещие картины уже сами нарисовались в голове. Не хватало только узреть и в реальности.
— Так, мужики! — раздался звонкий, но твёрдый женский голос. — Никаких игр в моей корчме!
Хрупкий мужчина на столе отвлёкся на говорившую и пропустил чужой выпад, едва не отрубивший ему ухо. Благо была срезана лишь прядь волос.
Пьяный дуэлянт от неожиданности чуть не потерял равновесие, сообразив в воздухе пируэт из балета Щелкунчик.
Звучный выдох вырвался из моей груди.
На секунду я представила, как мужчина падает и ломает себе что-то. Однако обошлось. Он совершенно не грациозно в последний момент вернул себе контроль над телом и неловко приземлился обеими ногами на пол под всеобщий насмешливый гул.
С победной ухмылкой его оппонент ловко спрятал сверкнувшее алым отблеском лезвие и прыжком оказался тоже на полу. Он уничижительно глянул на паренька и ушёл за стол к своим товарищам, одновременно с этим подзывая официантку:
— Всей корчме пива за счёт проигравшего! — самодовольно крикнул мужчина, за что получил одобрительные кивки и похлопывания по плечу. — И харчей твоих фирменных, дорогая!
— Только стол сами перевернёте!
Наконец я смогла увести взгляд от пугающих мужчин и заметила говорившую женщину. Выглядела она строго. Длинное коричневое платье было педантично застёгнуто на все пуговицы вплоть до подбородка. Сверху на ней был мешковатый белый, но довольно чистый для такого заведения, фартук. А на голове поварской колпак, практически, как на картинках в детских книгах. Настоящая «повариха».
Выглядела она вполне гармонично. Из-за безразмерного халата и закрытого платья было сложно угадать её телосложение, однако необычайно гладкое лицо выдавало её юный возраст. Но грубый и серьёзный голос... Ладно, он может присутствовать и у юной девицы. Кто знает, где она родилась и что пережила.
Хотя... приглядевшись, я уже была не так уверена, что передо мной молодая девушка. Под кромкой фартука торчали длинные уши. И не просто длинные, а нечеловечески острые и крупные.
Повариха эльфийка. Точно. Как и рассказывал Брокк. Подружка хозяина этой таверны. А эльфы, насколько я знала, могут и в сто лет выглядеть на двадцать.
Я проследила за эльфийкой. Быстрым шагом она приблизилась к очагу, сократив между нами расстояние. Теперь я видела её куда подробнее.
— Очнулась, дорогая, — женщина смешно шевельнула ушами, когда улыбнулась мне.
Я кивнула и поблагодарила её за заботу, похвалила таверну и особенную еду.
Всеми силами пыталась не пялиться так в открытую на двигающиеся во время всех её действий уши, но получалось паршиво. Благо она не комментировала это, а то мне и так было немного стыдно за свой интерес.
Женщина представилась Аврузой, поварихой.
Почему она периодически называла таверну своей — я уточнять не стала. Возможно, она тут давно работает и заменяет хозяина в его отсутствие, а возможно и является тут, куда большим звеном, нежели простая кухарка. Уж по виду точно. Присутствовала в ней некая статность и лоск, проглядывающийся в каждом движении, каждой фразе. И выглядела она уж слишком аккуратно. Будто бы не место ей на этой должности в заведении для пьяных рабочих.
— Брокк сказал тебя Анной звать, — крупным половником она зачерпнула из кастрюли что-то похожее на рагу и разлила по железным мискам.
— Не обманул, — произнесла я и решила предложить помощь. — Может, я тебе...
Протянула руки к тарелкам, но женщина шикнула на меня, как кошка.
— Ещё чего! Ты гостья дорогая! Нечего тебе вообще на ногах стоять так долго, больная же ещё, — она взгрузила полдюжины тарелок на поднос и обошла стойку с другой стороны, чтобы отнести еду в зал. — Не трогай! Остальные я тоже возьму. Обожжешься ещё. Моё рагу из грифона с пылу с жару и самого грифона обожжет до смерти!
— Из грифона? — сипло бросила ей вдогонку.
Грифон это же... такая штука большая... я напрягла весь разум, попытавшись вспомнить, что это такое, но мозг категорично отказывался выдвигать варианты. Сошлись с воображением на том, что это огромное крылатое нечто.