К дому Антония я добрался за десять минут, срезав через огороды.
Старик сидел на крыльце, будто ждал меня.
— Деньги принёс? — спросил он вместо приветствия.
— Принёс! — Я положил монеты столбиком на перила.
Антоний пересчитал серебро, ссыпал в карман и посмотрел на меня одобрительно.
— Ну, всё, — кивнул он.
— Отлично, давайте! — Я нетерпеливо протянул ладонь.
— Чего давать-то?
— Так зелье давайте, — повторил я, теряя терпение.
Антоний хмыкнул и прищурился.
— Так я его уже отдал.
Я моргнул, пытаясь понять, шутит старик или нет.
— Как отдали? Кому?
— Коготь заходил, ему и отдал. Он сказал, что отнесёт тебе.
В животе стало холодно. Ника на плече встревоженно переступила лапками, чувствуя моё смятение.
— А он… не говорил, куда пойдёт?
— Нет. Он всё к Марии рвался. Я не пустил. Нечего больную тревожить, ей покой нужен. Прогнал его, он и ушёл. Злой, правда, был. Дверью хлопнул так, что у меня склянка со стола упала.
Я стоял на крыльце и чувствовал, как в голове выстраивается не самая приятная картина.
А дальше что он с зельем сделал? Забрал и… что? Спрятал? Вылил?
Он вполне мог решить, что если зелья не будет, то и ремонт не начнётся. А мальчишка-выскочка вынужден будет сидеть и ждать Виктора, как Мария велела.
— Что-то не так? — спросил Антоний, глядя на моё лицо.
Я медленно выдохнул, через сжатые зубы. Потом разжал кулаки, которые сжались сами.
— Всё в порядке, — сказал я.
— Врёшь, — констатировал Антоний. — Ну и ладно. Не моё дело.
Он поднялся и пошёл в дом. На пороге обернулся.
— Если тебе ещё порция понадобится, то ингредиенты остались. Но это ещё двенадцать серебряных. И ждать придётся до завтра.
Дверь закрылась.
Я стоял на крыльце, под пучками неопознанных трав, и смотрел на солнце, сползающее к закату. В голове было на удивление пусто.
Двенадцать серебряных, выброшенные на ветер. Потому что взрослый мужик, воин и ветеран, решил насолить пятнадцатилетнему пацану, который посмел не опустить глаза.
Ника лизнула мне щёку, словно успокаивая.
— Ничего, — прошептал я. — И с этим справлюсь.
Я развернулся и побежал обратно к таверне. Нужно было готовить ужин. Деньги еще оставались, но их не так много. А ведь я пока только готовлю из тех продуктов, что уже были. А мне ведь еще надо с закупками разобраться. Еще не понятно какие цены будут на продукты. Да и Мария может предъявить, что я из их продуктов готовлю, а деньги разбазарил.
А ещё нужно было решить, что делать с Когтем. Одно дело враги где-то там, за забором. И совсем другое дело, когда ждёшь подвоха от тех, кто с тобою рядом каждый день.
Я выскочил от Антония на улицу и рванул обратно к таверне. Во мне ещё жила надежда, что Коготь всё же вернулся, пока меня не было, и мы просто разминулись.
Сердце колотилось, мысли лихорадочно скакали в голове.
Ника вцепилась в плечо, прижав уши. На краю сознания я чувствовал её тревогу — она улавливала мой страх, хоть и не понимала, откуда он.
— Ничего, ничего, — бормотал я на бегу. — Найдём Когтя, заберём зелье, всё будет нормально.
Поворачивая за угол, я налетел на невысокого лысого мужичка. Это был один из мастеровых, что регулярно приходил в таверну. Он схватил меня за предплечья, удержав от столкновения, а разглядев и узнав, расплылся в добродушной улыбке:
— О, а вот и наш повар! — довольно рассмеялся он. — Слушай, парень, давно я так сытно не ел. А как работа после твоей похлёбки спорится, ты бы видел! Я сегодня полкрыши перестелил, а обычно на это два дня уходит.
— Спасибо, — выпалил я, переводя дух.
— Когтю привет передавай, — сказал мастеровой, отпуская меня. — А то он быстро шёл и на меня даже внимания не обратил.
Я замер и переспросил:
— А вы его встречали сегодня?
— Да он туда спешил, — ответил мужичок и махнул рукой вдоль улицы. — К речке, на мельницу.
В голове сразу промелькнула картина, как пышащий злобой Коготь, зашвыривает драгоценное зелье в реку.
Я быстро поблагодарил и рванул в указанном направлении. В этой части деревни я ещё не бывал.
Мельница. Мысли, несмотря на панику, вернулись в рабочее русло. Мария пекла булочки, и посетители их любили. Если я куплю муку и добавлю в меню выпечку, уровень таверны наверняка ещё подскочит. Опять же, можно делать на завтрак блинчики или лепёшки вместо хлеба.
А ещё мельница стоит на реке, а река — это рыба. Варёная, жареная, рыбный пирог, простая уха, в конце концов. Если договориться с местными рыбаками о поставках, можно разнообразить меню без лишних затрат, и уже завтра выкатить царский обед. У меня аж в животе заурчало. Я бы и сам ушицы отведал.