В дверном проёме она обернулась.
— Виктор вернётся, и мы поговорим, — сказала она, глядя на меня долгим взглядом, после чего скрылась внутри.
За столами стояла тишина. Потом один из мастеровых осторожно кашлянул и попросил добавки. Жизнь потекла дальше.
Антоний допил компот, поднялся и подошёл ко мне. Протянул холщовый мешочек, с которым пришёл.
— Вот, — сказал он тихо. — Хрустальник и тысячеголов, как обещал. Времени только нет рассказывать, сам разберёшься.
Я благодарно кивнул и взял мешочек, внутри которого что-то шуршало под пальцами
— Спасибо, — сказал я. — И за травы, и за… ну, вы поняли.
— Не благодари, — Антоний помолчал и добавил совсем тихо, наклонившись к моему уху: — Имей в виду, парень, главный на кухне должен быть один. Мария тебя не простит, если станешь ей перечить. И Виктору расскажет такое, что мало не покажется. Ты лучше не выпячивай себя, скромнее будь.
Я понимал, о чём он. Но надеялся поговорить с Марией в спокойной обстановке. Пока она окончательно не поправилась, я мог бы отвечать за готовку и отчитываться ей во всём, как хозяйке. А потом видно будет.
— Книжку-то смотрел? — спросил Антоний, прищурившись.
Я виновато качнул головой и ответил:
— Не успел. Вчера Виктор вернулся, и…
— Понимаю, — кивнул он. — Как с охотниками разберёмся, поговорим с тобой про алхимию подробнее. Вижу у тебя явный талант.
Он похлопал меня по плечу и направился на выход. Я вернулся к рабочему столу и положил мешочек на край. Ника, пока Мария была во дворе, где-то пряталась. А теперь подбежала и принялась нюхать новые интересные запахи. Попыталась стащить лапой мешочек, но я отодвинул его подальше от края.
Тут же почувствовал её обиду, которая смешалась с моей собственной, или с Максовой…
Не то, чтобы я хотел услышать слова благодарности, но и такой реакции тоже не ожидал. Совсем им горе разум затмило, что они ничего дальше носа не видят. Но ладно Мария, она женщина, а Виктор как себя ведёт? И ведь Мария ещё настраивает его против меня. Так глядишь, я по Леониду начну скучать. И ведь не поможет тут ни защита Антония, ни похвалы посетителей, скорее наоборот. Для Марии чужая похвала — это доказательство того, что чужак захватил её кухню и настроил весь мир против неё.
А ведь я просто готовил вкусную еду. Вот такие реалии средневековья. Не высовывайся и не делай ничего слишком хорошо, иначе за это могут наказать. Во всяком случае, пока не отрастил зубы.
Глава 13
Сделка
Из таверны вышел Павел. Рукава закатаны, на щеке мазок чего-то белёсого, видимо, раствор Антония. Он вытер руки о фартук и нашёл меня глазами.
— Макс, покормишь? Мне надо к Назару бежать, и так задержался.
Я поставил перед ним полную тарелку той похлёбки, что доварилась после ухода Марии, уже с моими правками. Дополнительно закинул туда мелко нарезанный листик бодрянки, всё-таки Павел пришёл ни свет, ни заря, и впереди у него ещё целый рабочий день.
Павел принялся за еду и параллельно рассказывал мне:
— На первом этаже стены целиком обработал. Копоть сходит хорошо, Антоний своё дело знает, забористый раствор приготовил. Пропитка высохнет за день-два, потом запах выветрится, и можно будет браться за внутреннюю отделку.
— А окна получится расширить? — спросил я, ненадолго присев рядом.
Ника тут же воспользовалась моментом и забралась мне на колени. Положила мордочку на стол и сделала такие грустные глаза, как будто не ела уже неделю. Шумно вздохнула и покосилась на Павла.
Тот не обращал внимания на панду и в задумчивости крутил ложкой в тарелке.
— Можно и окна расширить, — сказал он наконец. — Стены крепкие, руны их держат. Только нужно будет ставни дополнительно делать, чтобы тепло не уходило зимой. Я видел в одной усадьбе такие, когда в западных землях с отрядом был. Только не запомнил, как они к стене крепятся. Но что-нибудь сообразим.
Я слушал, и в голове рисовался обновлённый зал таверны. С широкими окнами, через которые льётся солнце, со светлыми стенами и белёным потолком. Не та тёмная коробка, к которой привыкли Виктор и Мария.
— Лестницу вечером притащу, наверное, — добавил Павел. — Кривенькая она, конечно, но стоять будет.
Бесплатно я был согласен на любой вид лестниц, так что от всего сердца сказал:
— Спасибо, Павел. За всё.
Мастеровой кивнул. Я ссадил Нику с колен, поднялся и пошёл на рабочее место. Первый поток посетителей схлынул, но в воротах появились новые гости. Похлёбка Марии закончилась, и ничего не мешало мне приготовить хороший завтрак, который я планировал изначально.