Выбрать главу

Дальше все четверо принялись жарко спорить о том, какие шансы у охотников против деревенских и как лучше всего давать отпор наглым выскочкам.

Я тем временем колдовал над своей кашей.

Бросил в котелок крупу, крупно порезал фрукты и добавил туда же. Подготовил ягоды и свои секретные ингредиенты: телокреп и бодрянку. Размешал кашу и всыпал в котёл мелко нарезанный хрустальник. По воздуху разлился запах лёгкой мятной свежести.

Готовность 80%.

Рецепт обновлён: Каша бодрящая с хрустальником.

Сытность: 45%.

Эффекты: Выносливость +8% на 6 часов. Бодрость +25%. Прогресс физических тренировок удвоен на 7 часов. Ясность ума +9%.

Прогресс Кулинария: +0,5

Прогресс Зельеварение: +0,3

Полпроцента кулинарии как за новый рецепт, недурно! К тому же хрустальник значительно поднял уровень блюда. Половинка стебелька, и обычная каша прокачалась до уровня «супер».

Дождавшись готовности, стал раскладывать по тарелкам и посыпать сверху ягодами. Сёма тут же принялся подхватывать тарелки и разносить по столам.

— Вот это другое дело! — крикнул жилистый мастеровой, облизывая ложку. — Спасибо, Макс! Ты больше не пускай Марию за готовку, у тебя лучше выходит!

— Ага, еще испортит такую славную стряпню, — поддержал его сосед.

— Если Мария снова будет готовить, то я лучше к Варваре уйду, — донеслось с другой стороны.

Я оглянулся на таверну. Интересно, слышала ли это Мария? В дверном проёме мелькнула тень. Похоже, всё она прекрасно слышала.

Из глубины таверны раздался горький и очень недовольный хмык.

Интерлюдия 1

Варвара помешала ложкой похлёбку в котелке и с тоской оглядела пустой зал. Который день её маленькая столовая пустует. Работяги, которые забегали к ней в обед, все как один переметнулись к этому сопляку. И даже обгоревшая таверна их не смущает.

Она швырнула ложку на стол, обхватила себя за плечи и нервно застучала пяткой по полу. Вот так и отбирают дело, в которое вкладываешься годами. И что теперь? Варвара смахнула непрошенную слезу.

— Хозяйка, водички дашь? — раздался от дверей знакомый голос. В помещение, где у Варвары теснилось несколько столов и лавок для гостей, вошёл Фабий, мастер кузнецов.

Варвара оглянулась на него, по-совиному моргая круглыми глазами. Шмыгнула носом и буркнула:

— А, это ты. Вон, ведро с водой на лавке. Ковш сбоку висит, будто сам не знаешь.

Кузнец набрал воды и, шумно глотая, напился. Вытер усы и спросил:

— Может, и накормишь?

Варвара с грустью посмотрела на котелок и пожала плечами:

— Садись уж, братец.

Она налила Фабию тарелку, уселась напротив и подпёрла щёку рукой.

— А ты чего к этому ведьмачьему сыну не идёшь обедать? — фыркнула она.

— Ну, а как я тебя не поддержу, — ответил он. О том, что уже успел пообедать в таверне Виктора, кузнец предусмотрительно умолчал. — Мы ведь семья и должны поддерживать друг друга.

Фабий прожевал недоваренную картошку, раздумывая, выплюнуть или проглотить, затем сказал, переводя разговор на другую тему:

— Слышь, Варвара. Я тут вчера кое-что слышал. Разговор ихний, Макса с дедом Антонием. Они ведь прямо при мне обсуждали свои поварские секреты, думали, я не слушаю.

Варвара подняла взгляд, глаза её сузились.

— И что обсуждали? — заинтересованно спросила она.

— Да про травы. — Увидев, что Варвара снова сникла потеряв интерес, Фабий заторопился: — Макс в еду зелень всякую добавляет. Вот была похлёбка у Марии, честно скажу, как помои. А он туда пару листочков бросил, и совсем другое дело стало.

— Какие листочки? — Взгляд Варвары снова стал хищным.

Фабий поднял глаза к потолку, пошевелил губами, вспоминая, и начал перечислять:

— Бодрянка, телокреп, редкоцвет… ещё что-то… Я всё не запомнил, их там много было, да и названия мудрёные. Ещё ягоды, яблоки дикие.

Кузнец сбился и посмотрел на Варвару. Ту словно подменили. Она выпрямила спину и стала напоминать гончую, почуявшую добычу. Глаза её загорелись, а губы сжались в тонкую линию. Варвара постучала пальцами по столу и переспросила:

— А ты уверен? Точно растения помогают? Не зелья какие-нибудь? Не заклинания ведьминские?

— Да точно! Обычные цветы, с поляны. Я их в лесу сто раз видел, только не знал, что в еду можно. Антоний ему ещё какие-то названия говорил, усилитель вроде бы, и ката… ката… в общем, слово длинное. Не запомнил.