– Пожалуйста, вот ваша сдача, – с этими словами, я высыпала перед ним монетожуков.
Инквизитор страдальчески взглянул на них и вздохнул.
– Я же сказал, мне не нужна сдача.
– Похоже вы не поняли, – ухмыльнулась я и плеснула на жуков водой из стакана. Ожидаемо они начали словно ужаленные носиться по столу, сталкиваясь друг с другом.
От увиденного у инквизитора аж глаза на лоб полезли.
– Откуда у вас монетожуки? – ошарашенно спросил он, вонзив в меня подозрительный взгляд.
– Оттуда же, откуда и куча испорченных продуктов. От вашей мошенницы с рынка, с которой вы ничего не хотите делать.
Взгляд инквизитора резко изменился. Он стал настолько яростным и жестоким, что я даже отшатнулась.
– Лжесвидетельство у нас карается строго. Поэтому прошу вас обдумать все внимательно и ответить мне честно. То, что вы мне сказали – это правда или мне просто послышалось?
– Конечно, правда! – с обидой в голосе, ответила я.
Хотя, признаться, я ненадолго заколебалась. А ну как невиновного человека подставлю. Но нет, больше мне никто эти фальшивки подсунуть не мог просто потому что я больше ни с кем и не торговала.
– Что ж, – бухнул инквизитор тяжелыми кулаками по столу и резко поднялся, – В таком случае, это кардинальным образом меняет все.
Глава 26
– Что меняет? – я в полном недоумении посмотрела на него.
Конечно, решившись на фокус с монетожуками, я ждала от Себастьяна как-то реакции, но не рассчитывала, что она будет настолько бурной.
Герран метнул на меня пылающий гневом взгляд, отчего я невольно отступила на шаг назад. Да что с ним такое? Личная неприязнь к монетожукам?
– Всё меняет! – прорычал он.
Вот ведь скрытный какой! Яснее не стало. Дальше наш диалог стал напоминать беседу двух токующих глухарей.
– Что именно?
– Всё!
– Да что?!
– Вообще всё!
Окончательно потеряв терпение, инквизитор медленно выдохнул и – слава богу! – снизошёл до нормального человеческого объяснения:
– Возможно, вы забыли, но разведение монетожуков преследуется по закону. И наказание за это очень суровое. Только так мы можем избежать повторения событий пятнадцатилетней давности.
Событий пятнадцатилетней давности?
Хочу переспросить у него что тогда случилось, но вспоминаю, что Сома о чем-то таком как раз говорил. Мол, пока жуков не истребили, все королевство от них страдало.
Тем не менее, на моем лице похоже отразилось что-то такое, отчего Себастьян решил продолжить свои объяснения.
– Монетожуки быстро плодятся, поэтому если не предпринять никаких действий, большое количество фальшивых денег может стать серьезной угрозой королевству, – серьезным тоном сказал инквизитор, – Инфляция, кризис, ухудшение уровня жизни всех граждан без исключения. Что вполне может перерасти в повсеместные драки и волнения. Всего несколько небольших популяций – и королевство погрузится в хаос. Вам оно надо?
Представив, какой ужас будет тогда твориться вокруг, я ошарашенно замотала головой.
– Вот, – благосклонно кивает Себастьян, – Это никому не надо. Кроме того, кто этих самых жуков разводит, естественно. Именно поэтому, мы должны не только предотвратить беду, но и понять что двигало этим человеком.
– И что теперь? – спохватилась я, – Будете ловить эту мошенницу?
– А это уже моя забота, – хмуро бросил Себастьян.
Он отобрал у меня банку, одним махом сгрёб туда жуков широкой ладонью и плотно закрыл крышку. Жуки тут же подняли суету и из-за прозрачной стенки донесся шорох и шебуршание.
– Спасибо за отличное блюдо, – бросил мне напоследок Герран и развернулся, чтобы уйти, – Возможно, я зайду к вам еще раз, чтобы отведать чего-нибудь еще.
– Погодите, а банка? – спохватилась я, уже разбежавшаяся, что освободившуюся от жуков банку можно будет использовать для хранения продуктов.
Судя по тому, что я увидела на рынке, стекло в этом мире довольно ценная штука.
Себастьян метнул на меня испытующий взгляд и строго отрезал:
– Получите по завершению расследования.
После чего, коротко кивнув на прощание, вышел из таверны. Я обалдело смотрела ему вслед. Меня раздирали противоречивые чувства.
С одной стороны, во мне теплилось удовлетворение, что мошенница получит по заслугам, а Себастьян на некоторое время позабудет про Сому. Но с другой, я никак не могла отделаться от ощущения, что инквизитор только что нагло прикарманил мою банку!
Из мыслей меня выдернул приглушенный скрип, доносящийся с кухни, а следом и облегчённый выдох. Моментально кинувшись к кухне, я увидела откинутую крышку сундука, откуда торчала осоловевшая усатая морда.