— Я тоже отстранен, — скрывая все подробности и обстоятельства, ответил До Нунг, не зная, как бы подступиться к главной теме беседы. — Раз Черного сокола нет, то и связей с другими, кроме тебя и еще пары человек, — тоже. Но мне срочно нужны деньги, слышал, есть еще один куратор по прозвищу Стрела, работает с подпольными казино. Ты, случайно, ничего о нем не слышал?
— Этих кураторов столько, что заколебешься считать и помнить. Я сам не знаю, на кого работаю, ношу сумки в магазины и оставляю там, как и ты раньше. Слышал только об одном кураторе, китайце. Кажется… — незнакомец приложился пальцами ко лбу, пытаясь вспомнить. — Зовет себя то ли Шанхай, то ли Шанси и осуществляет международные переправки в Тайвань, Японию, Таиланд и Малайзию. Но я слышал только краем уха, больше сказать не могу.
— А вот так? — До Нунг вынул из кармана и протянул собеседнику пачку наличных. Тот, сначала оторопев, пересчитал купюры и стал выглядеть куда доброжелательнее.
— Вроде как курирует он по большей части ребят из района Инсадон, но как найти его — не знаю, надо говорить с парнями оттуда, — незнакомец не сводил глаз с наличных, будто запрашивая еще, но До Нунг и так уже отдал всё, что вложил ему в руки Чанбин. — Давай-давай, если меня накроют за разглашение информации, то у меня хотя бы будут деньги, чтобы сбежать. Хочешь сказать, ничего больше не припас?
— Разве что пулю, — Чанбин вышел из-за угла, жуя жвачку, и достал пистолет. Не успел он расстегнуть кобуру, незнакомец рванул вперед, едва не спотыкаясь об собственные ноги. Несколько купюр выскользнуло из связки, их снесло ветром, а До Нунг вместо того, чтобы помогать, принялся собирать их с дороги. Чанбин сделал несколько быстрых шагов, нажал на спусковой крючок и, услышав сначала выстрел, а потом громкий вопль, подошел к незнакомцу. — И вот куда они всё время убегают? — спросил сам у себя Чанбин и присел на корточки. — Плечу больно, да? Будет тебе уроком: вымогательство — дело нехорошее, тебе мама в детстве об этом не рассказывала? Мне нужна вся информация, которую ты можешь мне рассказать об этом китайце, и наводка, чтобы найти Стрелу. Будешь противиться — прострелю яйца, и тогда ты точно бегать уже не сможешь, — укоризненно посмотрев на До Нунга, носящегося за летящей купюрой, и таким образом дав незнакомцу время на размышления, Чанбин проговорил тихое вкрадчивое: — Ну?
— Я правда мало что слышал, меня направляют в магазины, чтобы я отдавал склянки с наркотиками, просто недавно я виделся с одним парнем, он мне и рассказал об этом китайце. Мы случайно попали в общую тусовку, у меня и контактов нет! — плача и хныкая, сказал незнакомец и схватился за плечо. Чанбин грубо схватил его за волосы и приблизил его лицо к своему, прищуривая глаза. — Да не вру я! Могу попытаться выйти на него через друзей, а о Стреле ничего знать не знаю.
— Эй, кипарик! Ты знаешь его адрес? — спросил Чанбин у пересчитывающего все найденные купюры До Нунга. Тот довольно кивнул. — Вот и хорошо. Если он попробует на нас настучать или дать деру, мы будем знать, где его найти или откуда начать поиски. Ты же сам до дома доберешься.
— Д-да… д-дойду… — незнакомец поднял руки в знак капитуляции.
— Ну тогда бывай, у тебя неделя от силы, — Чанбин по-дружески похлопал его по простреленному плечу и, кинув барыгу на асфальт, направился к машине. — Кто там у нас на очереди? — поинтересовался он у севшего на переднее сиденье До Нунга и забрал у того деньги, сложив их к себе в карман.
— Еще один знакомый, живет у военно-исторического музея, — разочарованно протянул До Нунг и отвернулся к окну. — Если ничего у него не вызнаем, то поедем на улицу Ильджиру. Кто-то ведь должен знать об этой Стреле… — он подпер рукой голову, смотря на пролетающие перед глазами дома и маленькие магазины. — А что потом будет? Мы вернемся в бункер?
— А потом, дружок, ты отправишься к себе домой и снова устроишься на работу. И только попробуй на этот раз пристрелить работодателя, — хмыкнул Чанбин, внимательно следя за дорогой и думая о том, сколько же им еще предстоит работы. Вдруг зазвенел телефон. — Да?
— Со Чанбин? — спросили с той стороны «провода».
— Он самый, кто говорит? — весело спросил он, надеясь, что это не очередная реклама или попытка развести на деньги. Но как только неизвестный сказал, что у него есть кое-что, что Чанбину может понравиться, и он готов встретиться, разумеется, не бесплатно, то место юмору уступила серьезность.