— Недавно мы связывались с ним, чтобы обсудить поставку новой партии в одно из моих казино, — ответил Канг Юнг, избегая слова «наркотик», чтобы любопытные уши посетителей кафе не слышали слишком много. — Предыдущую забрали из хранилища, я думал, что это были вы. Вы ведь на самом деле не полицейские, — эти слова прозвучали, как укор, но Сынмин продолжал оставаться таким же невозмутимым, как и до этого.
— Знаете ли вы, что поставка должна будет производиться в цирке, прямо во время выступления?
— Нет, я заинтересован только в том, чтобы покупать, но ничего не знаю о поставках. Почему вы об этом спрашиваете?
— Потому что нам нужно понять, задействованы ли члены клуба «Кальмар» в этой поставке, и если да, то нам нужно знать все имена, — Сынмин отпил немного кофе, чувствуя его бодрящий аромат, параллельно следя за мимикой Канг Юнга. Кажется, не врет. — Имеете ли вы какое-то отношение к смерти очередного члена национальной ассамблеи? Как много в вашем клубе членов правительства?
— Достаточно. И да, я имею к этой смерти самое прямое отношение, если вы говорите о Ли Исуле, — теперь на лице Канг Юнга заиграла злость. — Он несколько мешал мне, хотел купить землю, которую собирался приобрести я, и не собирался отступать от своего намерения. Мне был слишком важен тот проект, и эта земля — способ его осуществить.
— Ясно, — хмыкнул Хёнджин, раздумывая над тем, какая информация им еще могла бы быть полезна. — Очередной бордель, значит, или еще что-нибудь мерзкое. Но это не наше дело. Раз уж вы ничего не знаете о переправке наркотиков, то можете знать кое о чем другом. Кто из ваших знакомых, кроме госпожи Нам, является организатором клуба «Кальмар»? И, желательно, написать имена на бумаге, — небрежно бросив чистый лист и ручку, Хёнджин уперся животом о край стола и принялся читать те имена, которые вынуждено, с болью на лице, перечисляет Канг Юнг. — Вот и хорошо. И у нас будет к вам еще одна добровольно-принудительная просьба, а именно перечислить на мой счет одну крупную сумму. Будете считать, что заплатили за наше молчание. Скажем… — поджав губы, он написал на бумаге число с большим количеством ноликов, а Канг Юнг, чувствуя себя зверем, загнанным в угол, щелкнул пальцами, чтобы девица достала свой телефон.
Хан повернулся к Хёнджину, едва сдерживающему улыбку, а потом увидел, как девушка зашла в приложение банка. Больше не собираясь о чем-либо разговаривать, Канг Юнг дождался, пока осуществится перевод, встал и вышел из кафе, не оборачиваясь. Он не только сдал всех своих подельников, поняв, что в клуб дорога ему теперь закрыта, но и лишился возможности и дальше шантажировать нечестных бизнесменов и членов правительства. По крайней мере, пока что. В возможностях и изобретательности Канг Юнга сомневаться не приходилось.
— Мы же вроде как не собирались требовать с него деньги? — наконец расслабившись и закинув ногу на ногу, сказал Хан.
— А я не собирался платить за реквизит нашими кровно заработанными, — ухмыльнулся Хёнджин, любуясь суммой на собственном счете. — А денег нам потребуется много, в этом можно не сомневаться. Так что давайте просто порадуемся.
— Поражаюсь твоей сообразительности, — Сынмин отпил кофе и вновь задумался о том, что же в этом цирке делать ему.
Вернувшись в штаб, они обнаружили всех остальных, увлеченных подготовкой к представлению. Через всю комнату натянули толстую веревку, и Чонин вместе с Феликсом осторожно шли по ней, расположенной максимально близко к полу, шатаясь из стороны в сторону. Пара-тройка шагов, и падение было обеспечено. Обреченно вздохнув, Чан посмотрел на то, что получается у Минхо. Он отлично умел держать равновесие, но услышав о том, что его хотят засунуть на канат, едва не устроил истерику, пришлось дать ему другое задание. Феликс вновь упал с каната, уронив вместе с собой Чонина, счастливого от того, что у него наконец-то начало получаться, Чанбин натягивал тканевый пресс, чтобы Хан мог потренироваться, а Хёнджин достал две бутафорских сабли, ловко покрутив одну в руке.
— Может, Хёнджину стоит выступать одному? — обреченно спросил Хан, забираясь на пресс и сразу же упав. — У него получается, — вздыхая и путаясь в ткани, добавил он, а потом снова потерял равновесие.
— Я был бы рад одобрить твою идею, но для этого дела нужны мы все, — Чан обреченно посмотрел на этот пресс, зная, что и ему придется на него залезть, чтобы научиться делать трюки практически в воздухе. Неопределившимися остались только Чанбин и Сынмин. — Я понимаю, что мы занимаемся не пойми чем, но надо держаться. Минхо, возьми у Хёнджина мечи, потренируйтесь вместе и подумайте, как можно разнообразить ваше подобие танца.