— Ты не убежишь от меня просто так, мразь! Ты слышишь меня?! — прокричал Минхо, ни на секунду не останавливаясь и не теряя из виду Чхве Мина. — Ты думаешь, если убежишь сейчас, я потом тебя не найду и не пристрелю, как дворовую шавку? — Минхо толкнул подростка настолько сильно, что тот упал на плитку, свернул за угол и сделал еще один выстрел, пока людей было мало, но снова промазал. Толпа разбегалась, стоило кому-то вскрикнуть, увидев пистолет.
Чхве Мин был почти у цели, он уже видел свою машину издали, задыхался от бега и страха за собственную жизнь. Начал на ходу шарить в карманах, силясь найти ключ, нажал на кнопку и ловко запрыгнул в машину. Потом завел двигатель и, не думая о том, что может сбить впереди идущих людей, вдавил ногу в педаль газа, услышал треск стекла, раскрошившегося, словно сахар. Поняв, что еще чуть-чуть, и пуля бы встретилась с его затылком, Чхве Мин повернул за угол и с облегчением схватился за сердце, поняв, что, кажется, оторвался.
Минхо закричал от злости и ненависти, бросил пистолет в стену здания и, почувствовав, как обмякают его ноги, упал на колени. Чонин, если с ним что-то случилось, никто, даже отпускающий всем грехи Чан, не оставит это безнаказанным.
Война, которой так хотел Уджин, началась.
*****
Чан не мог привести мысли в порядок, насилу вспомнил о том, что у них есть миссия, приказал остальным искать Стрелу, а сам сел на скамейку, укладывая раненую голову Чонина, потерявшего сознание, на колени, и судорожно соображал, что нужно делать. Вызвать скорую? Попросить об этом кого-то еще? Сразу поехать в больницу? Уехать в штаб и обработать рану самостоятельно? Что там, черт возьми, произошло, из-за чего канат оборвался, а Чонин стремительно полетел вниз и едва не погиб?! Если бы не Чанбин, если бы не его скорость и реакция, они бы потеряли одного члена стаи, навсегда.
Тем временем Феликс и Хан, краем глаза заметив человека, которого они уже видели, бросились за ним, но Стрела, кажется, был осведомлен о том, кто они такие и чего хотят, и вынул пистолет из кобуры, заставляя недоброжелателей, грудь которых вздымалась от напряжения, стоять на месте. Но на него сзади налетел Чанбин, пытаясь сдавить локтями шею, и Стрела сбросил его с себя только при помощи добрых артистов, решивших, что за кулисами затеяли драку. Шоу продолжалось, никто, кажется, и не обратил внимание на несчастный случай, публика, решившая, что всё в порядке, рукоплескала, музыка всё еще лилась. Стрела, воспользовавшись неожиданной помощью со стороны, наотмашь ударил Чанбина по лицу и вышел на улицу, уверенный, что с пистолетом в руках он выглядит достаточно устрашающе, чтобы кто-то пошел за ним. И ошибся. Хёнджин выхватил биту из ящика с реквизитом и, бросив остальным, чтобы тоже брались за оружие, побежал за Стрелой, уклоняясь от косых и будто бы случайных выстрелов. Люди на улице, только что успокоившиеся, снова всполошились, полиция еще не приехала, да и никто не знал, кого нужно искать. Торговцы решили, что настала пора закрывать свои лавки и принялись сгребать весь товар в сумки, но Хёнджина это уже мало волновало и бросился в погоню вдоль ярморочной улицы. Они не могут потерять Стрелу, они пришли только за ним.
Сынмин, поняв, что, как и всегда, не зря взял форму, начал переодеваться прямо при всех, артисты, особенно девушки, отвернулись, не желая лицезреть почти голое тело, но Сынмину было не до соблюдения правил приличия. Выбежав на улицу, он спросил у прохожих, не видели ли они человека с оружием, и те, с облегчением подумав, что наконец-то явилась полиция, испуганно указали дорогу, тряся указательным пальцем в нужном направлении. Хан, выхватив пистолет и осторожно спрятав его в кофту, придерживая рукой, отправился искать главу этого балагана, называемого цирком, а потом, обнаружив его, сидящего на трибунах и наблюдавшего за представлением дальше, схватил за шиворот и, не считаясь с возмущениями сидящих рядом людей и самого хозяина, выволок того на улицу и пнул под ребра. Вся картина сложилась: Стрела просил об услуге, напомнил о части сделки, кто-то должен был умереть, и этот кто-то — Чонин, а эта скотина подстроила всё если не с самого начала, то близко к этому.
— Стрела тебе приказал это сделать?! Кто заплатил? Отвечай, пока я тебе не сломал все ребра по очереди! — закричал Хан, хватая хозяина цирка за грудки, и на всякий случай со всей силы ударил его по скуле и виску, едва сдерживая себя и заставляя остановиться.
— Да… прекратите, пожалуйста, прекратите… я нанял людей по просьбе Стрелы… я… отпустите только… — замямлил хозяин и начал защищаться руками, но Хан грубо отнял его ладони от лица и, в порыве ярости, нанес несколько ударов туда, куда попадет кулак: в шею, нос, лоб, щеки и скулы, и не собирался себя больше сдерживать. Если с Чонином что-то случится…