— Да, всё верно. К сожалению, я не могу рассказать вам больше, кроме, разве что… — До Нунг задумался, а Сынмин подозрительно прищурился. Уборщик попался на несостыковке. — Я слышал, как господин Лин говорит по телефону, кажется, о каком-то порошке и о своем сыне. Вслушиваться я не собирался, но из того, что сказал господин Лин, я сделал вывод, что его сын употребляет наркотики. Сын с ним давно не живет, как однажды господин обмолвился, но… В общем, я не знаю, что там дальше.
— И по каким словам вы сделали такой вывод? Что указывало на то, что сын Лин Вуна мог употреблять наркотики? Если всё так, как вы говорите, у сына мог быть некий мотив, о котором мы пока не можем вам рассказать, — Сынмин насупился еще больше, а у До Нунга руки заходили ходуном, он попытался скрыть дрожь, обняв себя за плечи, но всё и так уже было понятно.
До Нунг хотел было ответить, но из другой комнаты вышел газовщик и, сказав, что уже всё проверил, направился к выходу. Все только молча и с безразличием кивнули ему, а потом решили вернуться к разговору.
— Так что же тогда сказал Лин Вун? — напирал Чонин.
— Он сказал, что сына нужно забрать из какого-то бара, чтобы тот «снова не наделал глупостей» и чтобы снова не покупал «то самое»… Это всё… — До Нунгу становилось всё хуже, он не мог совладать с собой, дрожь еще всё более дерганной и неконтрлируемой. — Простите, мне больше нечего вам рассказать, я очень нервничаю. Воспоминания о господине Лин вызывают у меня страх и дрожь. Если что-то еще будет нужно, звоните.
— Обязательно позвоним, господин До, можете не сомневаться, — елейным голосом проговорил Чонин, похлопав уборщика по плечу, а потом вновь повернулся к нему. — Подозреваемые у нас уже есть, и не один, и все из ближайшего окружения Лин Вуна. Не нервничайте, виновных всё равно найдут, они ответят за свое преступление.
Захлопнув дверь за полицейскими и закрыв ее на замок, До Нунг тут же подбежал к таблетке и проглотил ее, начиная трястись всё больше и больше. Потом громко задышал и упал головой на подушку, погружаясь в мир своих иллюзий и воображения.
*****
Довольный Сынмин сел в машину, смачно захлопнув дверь, и постучал пальцами по рулю. Следом Чонин опустился на переднее сиденье, радуясь тому, что они наконец-то нашли зацепку в этом запутанном деле. До Нунг путался в своих показаниях, и главная его ошибка была в том, что он не запомнил собственную ложь, когда рассказывал о некоем таинственном человеке с британской шляпой. И когда Сынмин называл ее козырьком, До Нунг тут же с ним согласился, мол, да, именно это я и рассказывал и именно это я и знаю. Кроме того, сын Лин Вуна давно живет и учится заграницей, его нахождение в США уже давно было подтверждено полицией. Разумеется, может, однажды он и приезжал в Корею и употреблял что-то запрещенное, как сейчас употребляет там, но что-то не очень верилось. Вскоре хлопнула еще одна дверь, и на заднее сиденье сел газовщик, тут же с отвращением снявший синюю куртку и пристегнувший ремень.
— Я уверен, что это он, он убил Лин Вуна, — сказал Хёнджин, внутри себя сетуя на то, что он почему-то постоянно отыгрывает какие-то странные роли вроде газовщика, тогда как другие вечно то полицейские, то доктора. — Полазил в его шкафах, пока вы разговаривали, и нашел там целый сейф, настолько старый, что вскрыть замок было нетрудно. Там пистолет и пакетики с таблетками и порошками. Его явно ломало, когда мы вошли.
— Да уж, застали не в самом удобном положении, — усмехнулся Чонин, довольный в том числе и самим собой. — Я поставил маленький жучок ему на одежду и на его кресло. А еще прослушку ему под стол. Так что когда его захотят убрать и когда он соберется на улицу, мы об этом узнаем.
— Я на всякий случай тоже, на пару его вещей, — добавил Хёнджин, и машина тронулась в сторону штаба. Чан и Минхо тоже напали на кое-какой след и занимаются долгой и упорной слежкой. Надо бы сообщить Чану, что у них всё получилось.
*****
— Ты понимаешь, что на мой след напала полиция?! Мы так не договаривались! Я и так целый год работал на вас! Да, я знаю, что я нищий и что у меня нет денег на дорогие наркотики и поэтому я согласился на это! — кричал До Нунг в трубку телефона. Чанбин сидел в больших наушниках и прослушивал его беседы, метая дротики в дартс. — Мне надо срочно уехать из страны, пройдет немного времени, прежде чем они предъявят мне ордер на обыск! Организуй это, не знаю как. Да, ты обязан это сделать, потому что, подонок, если меня арестуют, поверь, я потяну вас всех за собой! Сдам всех, кого знаю, и не сомневайся, твое прозвище тебя не спасет, будь ты хоть общипанной синицей, хоть черным соколом! — Чанбин тут же подорвался с места, забыв о дартсе. Вот и еще одна зацепка, Черный сокол. — Хорошо, встретимся там! Давай, я буду через пару часов! — на этом разговор закончился.