— Ты нас убьешь! — прокричал Хёнджин, поняв, что у него даже пристегнуться не выйдет, схватился за спинку сиденья и зажмурил глаза.
— Не бойся, я аккуратно езжу! — бросил в ответ Хан, сдул челку с глаз и едва не столкнулся с мусорным баком, вовремя заметив препятствие.
Впереди уже виднелась главная дорога, а сзади — машина людей госпожи Хван. Минхо немедленно пристегнулся, боясь, что в какой-то момент вылетит через переднее стекло, но Хан ни на кого из них не смотрел, сосредоточив внимание только на дороге. Переулок был позади, теперь — только загруженные сеульские городские улицы. Машина плавно, насколько это было возможно, влетела на дорогу, не давая сделать это мирно едущему мужчине, и явно превысила скорость, обгоняя всех, кто был впереди. Однако люди госпожи Хван, кажется, не собирались останавливаться. Пока нельзя ехать в штаб, нужно было оторваться. Не обращая внимания на то, что на светофоре уже загорелся красный, Хан преодолел перекресток, сделав небольшой крюк, чтобы не столкнуться с другой машиной, свернул налево и снова нажал на педаль газа. Резина завизжала, когда машина ушла влево, потом направо, и опять налево. Этот прием должен был стать попыткой еще раз запутать преследователей, но складывалось впечатление, что они не сводили с них глаз, держа на мушке.
— Сынмин, ты там?! — прокричал набравший по громкой связи другу Минхо, и тот мгновенно отозвался. — Проведи нас по менее загруженным дорогам.
— Вам сейчас нужно выехать на соседнюю улицу и потом ехать вперед, пока не упретесь в тупик и не окажетесь у театра.
— Понял! — Хан упрямо двигался вперед, едва не пропустил поворот из-за скорости, быстро и не глядя передвинул рычаг селектора на задний ход, потом обратно, и сделал резкий поворот, доведший Хёнджина до истерики. Вот так они еще никогда не делали. Возможно, сегодня они и погибнут, столкнувшись со столбом, но Хан, похоже, водил машину так же хорошо, как и читал рэп, а потому уверенно петлял со своей полосы на встречную и обратно, ни с кем не сталкиваясь, но постоянно слыша в свою сторону писки сигнала.
Объехав неожиданно появившийся перед ним столб, Хан ускорился еще больше, радуясь, что заправился с утра, и обогнал на повороте сразу три машины, рискуя улететь на обочину и кого-нибудь сбить. Женщина, мимо которой пронесся автомобиль, испуганно отпрыгнула назад. В стекле заднего вида то пропадала, то снова появлялась машина преследователей, оторваться было сложно, но Сынмин спокойно и методично диктовал, куда сворачивать и когда ехать прямо, предупреждал о том, есть ли впереди пробки, пришлось даже ненадолго встать в одну из них, но Хану, которому надоело плестись, как черепахе, заметил практически пустой тротуар и на свой страх и риск заехал на него, не задевая ни скамеек, ни отскакивающих в сторону прохожих, потом повернул руль, возвращаясь на дорогу, снова пересек перекресток на красный, а Чанбин задумался о том, сколько им придет штрафов. Лишь бы полиция по их душу не явилась!
— Скоро вы увидите набережную, гоните прямо по мосту! — приказал Сынмин, но сейчас Хан в его руководстве не нуждался. Стиснув руль так, что побелели костяшки, он чуть замедлился, снова заметив впереди пробку, и вновь ускорился, достигнув не слишком загруженного моста. Созрел четкий план. И, поняв его, Минхо уже перезарядил пистолет, постоянно поглядывая назад и проверяя, не отцепился ли от них хвост.
Теперь очередь тошнотворного съезда, сделанного в виде спирали, и Хан зафиксировал руль для поворота, снова выжимая из машины лошадиные силы, а Чанбин готов был поклясться, что его сейчас вырвет. Он даже позеленел от тошноты, надеясь, что эта кошмарная развязка вот-вот закончится. Стало темно, как в бочке, когда они заехали в туннель, замеченный случайно, а потому и завернули они в него резко. Наспех включив фары, Хан смотрел вперед и наконец увидел свет.
Быстро преодолев несколько дорог, маневрируя между машинами, Хан понял, что они приближаются к трассе. Вот теперь было можно. Минхо отстегнул ремень безопасности, открыл окно и высунулся оттуда наполовину, как уже делал однажды, а потом послал преследователям несколько выстрелов с такой улыбкой, будто на самом деле шлет им воздушные поцелуи. Феликс, поняв его замысел, сделал то же самое, но целясь, в отличие от Минхо, не в водителя, а в шины. Резкий поворот, из-за которого пришлось стукнуться головой об дверку, но после этого раздались еще выстрелы, и Хёнджин тоже решил поучаствовать в этом захватывающем мероприятии. Не заботясь о целости стекла крышки багажника, он нажимал на спусковой крючок до тех пор, пока машина преследователей не начала тормозить. Феликс разбил им фару и продырявил шину, Хёнджин попал человеку, сидящему на переднем сидении, в плечо, а Минхо — в самого водителя, вынуждая того остановиться.